Бесспорное правосудие

Каждый вечер Венис торопливо делала домашнее задание, а потом незаметно кралась из основного школьного помещения через пристройку по застланной линолеумом лестнице в комнату Фрога, чтобы слушать его рассказы, разделяя ставшее общим страстное увлечение.

Эта игра закончилась спустя три дня после ее пятнадцатилетия. Фрог взял из школьной библиотеки материалы процесса Флоренс Мейбрик, который они собирались обсудить этим вечером. Накануне он передал книгу Венис, но та не решилась взять ее с собой в школу или оставить дома из страха, что книгу может кто-нибудь увидеть – школьная прислуга или собственные родители. Как-то слабо верилось, что ее частную жизнь уважают. Венис решила отнести книгу в комнату Фрога. Она постучалась просто для проформы: ей не приходило в голову, что учитель может быть дома. Было семь тридцать утра – в это время Фрог надзирал за завтраком учеников. Как она и ожидала, дверь была не заперта.

К ее удивлению, Фрог оказался дома. На кровати лежал большой матерчатый чемодан с откинутым потертым верхом. На стеганом одеяле валялись небрежно брошенные рубашки, пижамы, нижнее белье, аккуратно выглядели только носки, скатанные в клубки. Венис показалось, что она одновременно заметила выражение ужаса от ее появления на лице наставника и грязноватые в промежности кальсоны, которые Фрог, проследив за ее взглядом, швырнул дрожащими руками в чемодан.

– Куда вы собираетесь? – спросила Венис. – Почему складываете чемодан? Вы что, уезжаете?

Фрог отвел глаза в сторону. Она с трудом расслышала его слова:

– Прости, если я принес тебе неприятности. Я этого не хотел… Просто не понимал… Не видел, как другие могут на это посмотреть, – чистый эгоизм с моей стороны.

– Что вы имеете в виду, говоря о неприятностях? И в чем эгоизм?

Венис вошла в комнату, закрыла дверь и, при-сло-нившись к ней, усилием воли заставила Фрога по-вер-нуться и посмотреть ей в глаза. Лицо учителя изображало крайнее смущение и отчаянную мольбу о жалости, причину которой она не понимала, но догадывалась, что помочь ему выше ее разумения и сил. Нехорошие предчувствия и острый страх наполнили девочку, отчего голос ее прозвучал резче обычного:

– Какие неприятности? Вы ничего мне не сделали. О чем вы?

– Похоже, твой отец ложно истолковал характер наших отношений, – подчеркнуто формально ответил Фрог.

– Что он вам сказал?

– Не важно, это ничего не изменит. Он хочет, чтобы я уехал. Еще до начала занятий.

– Я с ним поговорю. Объясню ему. Я все улажу, – сказала Венис, зная, что ничего у нее не выйдет и обещание бессмысленно.

Фрог покачал головой:

– Нет. Пожалуйста, Венис, не надо. От этого всем будет только хуже. – Он отвернулся, сложил рубашку и положил ее в чемодан. – Твой отец обещал дать мне хорошие рекомендации.