Бессмертный

А, значит, у меня остается два пути: принимать Землю, такой, какая она есть, даже зная правду о «Тринадцатилетней войне», или же уйти…

* * *Мне ничего не снилось, и, несмотря на незнакомое место и твердую койку, я спала как убитая. Уснула незаметно для себя, а проснулась, услышав голоса и приближающиеся шаги.

Я села, опустив ноги на пол, и потерла глаза. Голова болела так, будто я спала слишком долго, отвратительное ощущение. Судя по яркому солнечному свету, льющемуся в мою камеру через узкое окно под потолком, сейчас далеко не раннее утро.

Сколько же я спала, черт возьми?!

Я обулась, прошла к раковине и умылась ледяной водой, чтобы быстрее прийти в себя.

Шаги приближались, и теперь я смогла различить слова."

"— Не беспокойтесь, такое больше не повторится, — говорил до боли знакомый голос. Нет-нет-нет, что он здесь делает?! — Она обязательно пройдет психологическую проверку, прежде чем снова ступит на территорию Альфа Крита.

— Мы на это надеемся, — отвечал, судя по всему, представитель защиты порядка.

Полицейский в форме появился у решетчатой двери первым, Александр остановился за его плечом, заложив руки за спиной и терпеливо ожидая, пока тот откроет замок.

Тайлер был мрачнее тучи, прожигающий насквозь взгляд и сжатые в прямую линию губы. Мне сразу вспомнились первые дни нашего знакомства, и даже расхотелось покидать камеру, вдруг показавшуюся такой уютной и безопасной. А что? Здесь-то меня никто не будет убивать, а вот насчет Александра — не уверена.

— Забирайте ее, — разрешил полицейский, открыв дверь и кивнув в мою сторону, будто бы я неодушевленный предмет.

Я бросила на него убийственный взгляд, но тот его попросту проигнорировал. Вот тебе и гостеприимная планета. Нет, не хочу жить на Альфа Крите…

Видя, что я медлю, Тайлер сам шагнул ко мне, крепче, чем следовало, сжал мою руку чуть выше локтя и практически силой вытащил из камеры.

— Да что ты… — попробовала я возмутиться, но он сильнее сжал пальцы.

— Улыбайся, — прошипел Александр, почти не разжимая губ, — или хотя бы заткнись.

Я часто заморгала, услышав такое, и действительно, заткнулась. Наверное, это и называется, потерять дар речи.

— Всего доброго, сержант, — тем временем Тайлер подарил полицейскому самую радушную улыбку, — благодарю вас за понимание и помощь.

— Надеюсь, с вашим экипажем больше ничего подобного не повторится, — сдержанно откликнулся сержант и протянул Александру какие-то бумаги. — Вот, отдадите на выходе, и вас выпустят.

— Спасибо, — Тайлер разве что не поклонился, а потом направился к выходу, увлекая меня за собой.

Что он вообще здесь делает? Утром стражи порядка должны были связаться с «Прометеем», и я ожидала увидеть здесь Эшли, но никак не Александра.