Миг бесконечности 2. Бесконечность любви, бесконечность печали... Книга 2

Запоздало поняв, что только что по собственной воле усугубила свое положение, Валерия замотала головой:

— Я не могу… Как же… Она же меня сдаст, а мне…

— Звони! — рыкнул Грэм.

11

Катя с Милой второй час сидели на открытой террасе кафе «Гурман». Укутавшись в заботливо предоставленные пледы, они делились подробностями собственной жизни, но главной темой последних минут были Колесниковы. Вернее, Лена. А если точнее — маленькая девочка Эля, ее дочь.

— …В Вене, где Ленка рожала, новорожденной поставили девять по шкале Апгар. Поздравили родителей. Тебе же не надо объяснять, что за шкала? — Катя кивнула. — Так вот… Игорь едва до потолка не прыгал от счастья, полночи с Павлом по вайберу проговорил. Кто ж знал, что эта оценка — не основной показатель, — Мила прикурила очередную сигарету. Собственно, по этой причине они и сидели на террасе: новости не всегда были из разряда приятных и, словно переживая их заново, Полевая в эмоциях вытаскивала из пачки одну сигарету за другой. — А девочка-то такая славненькая, такая хорошенькая! Когда они вернулись, мы сразу в гости приехали. Вот честно признаюсь: таких красивых куколок я в жизни не видывала! Потом уже выяснилось, что это тоже характерно для аутизма.

— Боже, какой ужас!

Забыв о собственных бедах, Катя никак не могла прийти в себя: как же жестока оказалась судьба по отношению к подруге!

— Еще какой ужас! — согласилась Полевая. — Ленка после родов так изменилась, не передать! Словно впервые мамой стала: каждое движение, сопение, каждый вдох-выдох малышки отслеживала. А над молоком как работала, как грудь мучила, расцеживая! С Егором такого и в помине не было. На каждую мелочь внимание обращала, без конца врачей домой вызывала. Те ей даже успокоительные прописывали: мол, не волнуйтесь, все у вашего ребенка в порядке. Только она не успокаивалась — видела: что-то не так. Уже через месяц забила тревогу: Элька отказывалась улыбаться. Ребенок-то не первый, есть с кем сравнивать. В общем, когда малышке три месяца было, один из докторов произнес слово «аутизм» и посоветовал показать девочку специалистам. Ленка, как услышала, прямо в кабинете у врача в обморок хлопнулась: сказалось нервное истощение. С Игорем до этого она своими подозрениями не делилась, все в себе носила. Только со мной и проговаривалась. Я ее успокаивала. Тоже считала, что виной всему послеродовая нервозность.

— Бедная Ленка…"

"— Она, кстати, часто вспоминала, как ты за Марту боролась. Настояла, чтобы Игорь отправил ее с Элькой в Вену на обследование: сама нашла клинику, сама переписывалась с докторами. Словно специально для этого иняз оканчивала. Шокированный Игорь, конечно же, всё оплатил, няню Егора Ленке в помощь снарядил. Ту женщину, что с ним до школы сидела. Ты должна помнить.