Миг бесконечности 2. Бесконечность любви, бесконечность печали... Книга 2

Только вот чем он сможет себя занять, не запланировав заранее никаких дел и встреч? Выставки, музеи? Всего этого уже наелся на годы вперед. И вообще: в Минске идут последние отделочные работы его завода, его детища, а он здесь собирается прохлаждаться, занимаясь непонятно чем.

Стоит ли говорить, что, впервые попав в Москву не по работе, сначала Вадим чувствовал себя не в своей тарелке. Сожалел, что уступил желанию Нины Георгиевны и зря потратит несколько дней на домашние посиделки, разговоры, экскурсии.

Тем удивительнее было новое состояние: неспешно бродить по старым улочкам, слушать увлеченного своим же рассказом экскурсовода, в роли которого выступил сын двоюродной племянницы матери — Виктор. Названый в честь общего предка — прадедушки Вадима, он был всего на пару лет младше гостя-дяди, над чем постоянно подшучивал. По профессии Виктор был архитектором, по призванию — историком, общественным деятелем, борющимся за сохранение культурного наследия. Получить такого эрудированного родственника в экскурсоводы было невероятной удачей. Вернее, счастьем: Вадим не только открыл для себя город совершенно с другой стороны, но и узнал родословную до страшно сказать какого колена: почти весь первый вечер он изучал ветвистое, замысловатое «древо», которое составил и прокомментировал племянник, потративший на это немало времени в архивах.

Назавтра они снова гуляли по Москве, долго смотрели на балкончик дома, где когда-то жила прабабушка Мария Ефимовна, где родилась мама Вадима — Нина Георгиевна. Удивительно, но Вадим столько раз проезжал мимо, ходил пешком, но ему и в голову не приходило, что этот старинный особняк тесно связан с историей его рода! Виктор даже показал место, где когда-то находилась бакалейная лавка, в которой Мария Ефимовна познакомилась с удивительно одаренным пареньком — его дедом, Георгием Степановичем Кореневым…"

"Но и это было еще не все. Спустя несколько месяцев Виктор прислал письмо, в котором, изложил кое-какие с большим трудом добытые сведения и об отце Вадима. В детдом под Смоленском тот попал совсем крохой. Мальчика передали из госпиталя: отец — военный хирург, мать — медсестра, оба родом из Минской губернии, скончались от тифа. Ребенок чудом не заболел, родные неизвестны. Гражданская война продолжалась, госпиталь менял дислокацию, девать малыша было некуда. Кто знает, возможно, эти обстоятельства и сыграли свою роль, когда подросший Сергей Ладышев выбрал профессию врача, когда решил после войны осесть в Минске?.. Увы, спросить было некого. Как и не удалось больше ничего узнать.