Правосудие Бешеного

Она явно была не на ходу: кто-то изрешетил ее несколькими автоматными очередями, шины были спущены, стекла разбиты, на моторе виднелось несколько пулевых отверстий.

- Да, это он! - Мамет-хан весь как-то подобрался, и глаза его сверкнули злым огоньком близкой мести. - Пошли!

Он поудобнее перекинул автомат, висящий у него на плече, и передернул затвор."

"- Не спеши, родной! - Савелий приостановил его рукой. - Так сразу нельзя. Сначала разберись, потом действуй. Ведь тебя-то они в лицо не знают. Ты чеченец, угрозы от тебя они не ждут. Зайди в дом, поговори. Я буду ждать неподалеку. Понадобится помощь - позовешь...

- Хорошо. Сделаю, как ты советуешь. - Мамет-хан поставил автомат на предохранитель и направился к дому, у которого они заметили ""уазик"".

Савелий переложил ""Стечкина"" из внутреннего кармана своей походной куртки в боковой и остался у изгороди, которой была отмечена граница села. Правую руку он держал в кармане, на всякий случай сжимая пистолет в руке и готовясь немедленно вступить в дело, как только потребуется.

Прошло несколько минут. Вдруг в доме раздались автоматные очереди. Савелий побежал туда, но, увидев, как из дома выскочил Мамет-хан с дымящимся автоматом наперевес, остановился и оглядел близлежащие подходы. Но то ли к выстрелам тут давно привыкли, то ли их вообще никто не услышал - во всяком случае, Мамет-хан смог беспрепятственно уйти и за ним никто не погнался. Они с Савелием скрылись в горах и запутали - на всякий случай, если бы их стали преследовать, - свои следы в лесу.

Когда они оказались в относительно безопасном месте, Мамет-хан рассказал, что произошло в доме.

Первым, кого Мамет-хан там увидел, был тот самый боевик со шрамом, которого ему описали свидетели. Мамет-хан обрадовался, его правая рука сама потянулась к автомату - но тут он вспомнил слова Савелия и решил, что ему все-таки надо сначала убедиться в том, что он найдет и остальных насильников.

Мамет-хан по-чеченски поздоровался с боевиком и попросил воды.

- Ты кто такой? - спросил его боевик.

- Из Дагестана иду, с дела одного... - Мамет-хан не стал дальше распространяться, понимая, что и этой информации для боевика хватит.

Тот понимающе кивнул и, как полагается по чеченским обычаям, пригласил его пройти в дом. Войдя, Мамет-хан увидел еще одного боевика - он лежал на незастеленной кровати и кончиком ножа ковырял в гнилых зубах.

- Что с вашей машиной? - спросил Мамет-хан.

- А, на пограничный патруль нарвались... - ответил тот, что со шрамом. Поехали к соседям, за женщинами; тут в ауле одни старухи живут, сам понимаешь, не с ишаками же нам трахаться. Ну, на перевале и нарвались. Одного нашего друга насмерть, а вот он легко отделался. - Боевик показал на забинтованную левую кисть лежавшего.