Кремлевское дело Бешеного

Поговорить надо, — откликнулся Ростовский.

Охранник не без должного уважения осмотрел хорошо одетую четверку, вышедшую из роскошного лимузина, не оставил без внимания и остальные иномарки. Взяв портативную рацию, торчавшую у него из кармана на рукаве, тихо проговорил:

— Людвиг Генрихович, тут к вам какие-то… — он запнулся, не зная, как представить прибывших, чтобы и шефу было понятно, и чтобы ненароком не задеть «крутых ребятишек», — деловые ребята подъехали, поговорить хотят…

— Сколько их?

— Тех, что подошли? — Старший охранник вновь осмотрел их и почему-то ответил: — Трое, кажется, с пятью охранниками… — Непонятно, кого еще он принял за охранника…

— И все? — переспросил по рации голос.

— Нет… Всего человек пятнадцать наберется…

— Охрана пусть с вами подождет!

— Хорошо, понял. — Охранник, получив указания, отключил рацию. — Значит, так, — сказал он, — вы трое можете пройти… остальные… — но его тут же прервал Гапур:

— Четверо, — сказал он тоном, не терпящим возражений.

— Хорошо, четверо! — после небольшой паузы согласился тот. — Остальные подождут здесь. Потом спросил: — Оружие есть? Если есть, то оставите здесь: при выходе все вам вернут!

— Нет у нас ничего! — глядя прямо в глаза охраннику, твердо проговорил Савелий.

Ростовский и Гапур недоуменно переглянулись.

— Я проверю? — неуверенно спросил охранник.

— Проверяй! — согласился Савелий, продолжая смотреть ему в глаза.

Тот деловито ощупал их всех по очереди и, несмотря на то что все, кроме Симбирцева, были вооружены, а он рукой дотронулся до каждого ствола, заключил:

— Все чисто!

— Пошли! — дал команду Ростовский и первым вошел в открывшуюся бронированную дверь вражеского логова.

За ним двинулись Савелий, Гапур и Симбирцев. По дороге Ростовский тихо спросил Савелия:

— Что, парень из охраны твой человек?

— Нет, с чего ты взял? — Савелий удивленно пожал плечами."

"В богато обставленном кабинете на втором этаже в окружении пяти дюжих охранников их уже ожидал Людвиг Генрихович Шлезингер — бывший кадровый разведчик ГРУ, а ныне генеральный директор «Гаранта». Увидев входящего в дверь кабинета Савелия, он на мгновение остолбенел: более суток назад его люди доложили, что этот человек уже превратился в лепешку заодно со своим автомобилем, и на тебе: означенный покойник, живой и здоровый, словно сошедший с фотографии, выданной Шлезингеру Калошиным, сейчас самым бесстыдным образом заявился к нему в офис, да еще и глупо щерится во весь рот!

Людвиг Генрихович был хитрым, опытным лисом и, разглядев тех, кто вошел, вместе с их «целью»., сразу понял, что разговор предстоит тяжелый. Но он был уверен в своих людях и поэтому вел себя достаточно свободно и нагло.