Кремлевское дело Бешеного

Да и Скворцов тут чувствовал себя как рыба в воде, ведь именно он в свое время разрабатывал варианты маршрутов движения президентского кортежа, количество и схемы личной охраны. Поскольку теперь Фадеев неотлучно находился рядом с Президентом, фактически предстояло следить именно за первым лицом государства.

Слежка у Скворцова наладилась так ловко, что он грешным делом однажды даже подумал, что неплохо бы устроить теракт или автомобильную катастрофу и одним выстрелом убить двух зайцев: и бывшего своего подчиненного Фадеева, и бывшего шефа с ним заодно."

"Теоретически такое было возможно. Но Скворцов побоялся взять на себя ответственность за такой решительный и эффектный ход. Более того, он не сомневался, что его же подельники из «семьи» без сожаления немедленно расправятся с ним — им же надо будет показать народу свою преданность Президенту: найдут, осудят — и к стенке.

«Инициатива наказуема» — вспомнил он любимую в их службе присказку и отбросил появившуюся у него шальную мысль о теракте.

Виктор Илларионович Фадеев ныне был наделен ответственностью за безопасность .первого лица государства. Возглавив его Службу безопасности, Фадеев окончательно потерял покой: он был уверен, что люди, которым Президент объявил свой жесткий ультиматум, так просто не сдадутся и обязательно будут искать любую возможность выйти сухими из воды.

Именно исходя из этих соображений, Фадеев усилил бдительность. Он даже не исключал, что «семья», будучи загнанной в тупик, способна пойти даже на прямой государственный переворот и физическое устранение Президента. Фадеев поменял почти всех людей в Службе безопасности — ведь их лично подбирал генерал Скворцов — и постарался обновить традиционные схемы маршрутов передвижения Президента из столицы на дачу, из резиденции в Горках в ЦКБ…

Но, как оказалось, принятых Фадеевым мер было недостаточно: люди Скворцова четко отслеживали все передвижения как самого Президента, так и Фадеева, и знали о каждом их шаге. Они, как привязанные, мотались за президентским кортежем, меняя свои нашпигованные суперэлектроникой машины, и через каждые пятнадцать минут докладывали Скворцову об изменениях в оперативной обстановке.

За прошедшие три дня Виктор Илларионович несколько раз говорил с Президентом по поводу тех данных, которые добыл Савелий.

Обычно это происходило по дороге из загородной резиденции в Кремль.

— Как думаете, Виктор Илларионович, вернут эти ребята деньги или нет? — как-то раз спросил его Президент.

— Кто послабее, типа Полуянова или Штырько, вернут. Им и возвращать-то надо какие-то жалкие сотни тысяч, — ответил Фадеев. — Остальные вряд ли, слишком много наворовали: привыкли, так сказать, к большим деньгам.