Бешеная

Поскольку по-русски он знал ровным счетом два слова, «водка» и «Ленин», существовала нешуточная опасность, что он будет принят за обыкновенного сибирского инородца и в таковом качестве прибит шпаной либо терроризирован суровыми сержантами из вытрезвителя. Тогда-то по всем милицейским волнам и пронесся лесным пожаром исторический приказ: «Вылавливать всех косоглазых! Обращаться вежливо, свозить для проверки!» Городские вытрезвители получили строжайший приказ: с любым, кто хоть мало-мальски смахивает на косоглазого азиата, обращаться так бережно, словно он – японский император."

"Милиция, ни черта не понимая, приказ исправно выполняла. В актовом зале на Черского маялись казахские студенты, хакасский доцент, безнадежно опоздавший на областную конференцию археологов, табунок тохарских плотников-шабашников, знатный эвенкийский оленевод (разумевший по-русски не больше канувшего в безвестность японца) и вдребезину пьяный представитель экзотической народности кето, с восточным фатализмом блевавший прямо на паркет и изумлявшийся, отчего ему за это не бьют морду, а лишь тоскливо таращатся и гадают вслух, японец это или нет. Бледный, как полотно, секретарь обкома по идеологии время от времени пытался сортировать улов, осознавая, к ужасу своему, что и сам толком не помнит, как выглядел японец, – а по пятам за ним ходил унылый полковник КГБ и ныл, что это, несомненно, происки классового врага и японец был на самом деле замаскированным шпионом, ворующим сейчас на номерном заводе ракету средней дальности…

Японец исчез в десять утра, а город трясло до шести вечера – пока положение, как это частенько случается, не спас бдительный сержант. Проезжая на своем «луноходе» по центральному рынку, он обратил внимание на потасканного бича, менявшего на литр водки чересчур уж роскошный пиджачок. Бича сцапали, молниеносно провели расследование – и уже через полчаса сержант с напарником бережно грузили в машину бесчувственного японца, обнаруженного на окраине Шантарска, в районе, именуемом «бичградом». Неведомыми путями заморский гость прибился к отбросам общества, телепатически угадав в них родственные души. Отбросы (все это время, как выяснилось, принимавшие собутыльника за подгулявшего хакасского интеллигента) обращались с новым другом вполне доброжелательно, языковый барьер их ничуть не смутил – вот только, как водится, они моментально пропили часы и плейер косоглазого, а потом покусились на пиджак…

Бывало всякое. Однако переданное от имени генерала Трофимова распоряжение изумило даже привыкших ко всему орлов из ППС и дежурного батальона ГАИ.