Жена Берсерка

Дротнинг Сванхильд уедет со мной.

На лицах его людей появилось нешуточное облегчение.

Только Кейлев с сыновьями по-прежнему смотрели спокойно. Да еще Свальд нахмурился.

Но не из-за новости о Сванхильд, уверенно подумал Харальд. А из-за того, что в случае чего ему придется слушаться Кейлева.

— Свейн, отбери для меня человек двадцать — из наших, из Хааленсваге, — распорядился Харальд. — Торвальд, ты служил у конунга Ольвдана. Найди пяток воинов из местных, которые знают окрестности — и дорогу до озера Россватен. Кейлев, потребуются хорошо смазанные лыжи для всех, пара саней, чтобы загрузить припасы на несколько дней — и еще одни сани, для Сванхильд. С мехами, со всем, что нужно. Те, кому я ничего не сказал, пусть помогут Кейлеву.

Он подождал, пока все разойдутся, и повернулся к девчонке, тихо стоявшей за спиной.

Синие глаза поблескивали под отворотом шапки из пышного белого меха. Ранка на губе успела зажить — всего за одну ночь.

Вот и хорошо, подумал Харальд. Значит, можно не опасаться, что она простудится или отморозит себе нос.

— Пошли, — распорядился он. — Для нас с тобой припасы придется взять отдельно. Сунем их в твои сани.

День выдался безветренный, солнечный, но морозный. От долгого сиденья холод забирался под одежду, под все слои мехов и шерсти…

Поэтому Забава то и дело выпрыгивала из саней, ехавших позади отряда. Шагала следом за ними, оглядываясь на гнедого жеребца, тащившего сани с припасами за ее спиной.

Идти по колее, накатанной лыжами всего отряда, было легко. Харальд скользил на длинных лыжах то впереди, то рядом с ней. Подъезжал поближе, когда она выпрыгивала на снег. Посматривал искоса в ее сторону. Но не заговаривал.

Забава тоже глядела на него молча. Так весь день молчком и переглядывались.

А к вечеру приехали в деревушку под названием Гереборг. Сани заехали на широкое подворье, общее для четырех длинных домов. Одна из хозяек, выскочивших навстречу гостям, позвала Забаву в дом. Подвела к очагу, поднесла эля, поглядывая с любопытством.

Забава, рассудив, что их тут не ждали — а раз так, то отравы бояться нечего, приняла чашу, чтобы не обижать хозяйку. Пробормотала:

Следом в дом вошел Харальд с хозяином, еще человек семь из тех, что приехали вместе с ними. В доме сразу же стало тесно. Всех приехавших позвали за стол. Муж сел рядом с Забавой, пробормотал, склонившись к уху:

— Ешь. Но осторожно. Если покажется, что горчит — отложи.

Забава молча взяла с блюда пирожок. Откусила, объявила, улыбнувшись хозяйке, сидевшей рядом:

— Вкусно очень. Благодарю…

Та заулыбалась в ответ.

— Рада, что тебе понравились наш хлеб и эль, дротнинг.

Потом женщина замолчала, и Забава, подумав, начала расспрашивать ее о детях. Как положено было в Ладоге.