Жена Берсерка

Обрадовалась, когда стражники, поджидавшие возле выхода, посмотрели на нее невозмутимо, без ухмылок или косых взглядов — хоть, надо думать, все поняли, зачем муж искал ее посреди белого дня.

Она смущенно спрятала глаза и побежала искать Гудню с Тюрой.

Те нашлись в женском доме, в одной из опочивален. Стояли у приоткрытого окошка, рассматривая какую-то ткань. Увидев ее, они переглянулись. Потом Гудню решительно сказала, захлопывая ставню:

— Это хорошо, что ты пришла за нами сюда. Мы должны с тобой поговорить. Без лишних ушей. Стражники твои только в опочивальню к нам не сунулись — а так везде за тобой ходят…

Забава со вздохом пожала плечами. Отозвалась:

— Говорят — ярл велел.

— И это правильно. Люди бывают дурные. Вдруг кто захочет навредить ярлу через тебя?

Она помолчала, оглядывая Забаву. Заявила, сдвинув белесые брови:

— Сейчас я хочу поговорить с тобой о том, о чем с дочерями у нас говорят матери. Сванхильд, мужчины живут по-другому. Не так, как мы, женщины. Они заводят себе девок помимо жен. Ты понимаешь меня? Рабынь. Наложниц. Бывает, что и вторых жен. И третьих.

У Забавы вдруг нехорошо екнуло сердце. Она замерла, негромко ответила:

Внутри у нее все сжалось. Харальд. Рабыня.

И почему-то сразу вспомнилась Красава.

— Ну, у ярла Харальда ты одна, — поспешно сказала Тюра. И метнула предостерегающий взгляд на Гудню.

Та в ответ еще нахмурилась сильней.

— Она должна знать. Чтобы вести себя правильно, если это вдруг случится. Сванхильд, когда твой муж заведет себе девку, ты не должна показывать ему своего недовольства. Иначе между вами начнутся ссоры. Веди себя тихо, спокойно. Как всегда. А потом приди к нам, и мы научим тебя, как быть. Понимаешь?

Забава помедлила. Спросила:

— По-разному, — объявила Гудню. — Вот, к примеру, у наших мужей есть одна рабыня. Ярл Харальд им подарил. Они ее держат на двоих. Нет, была бы какая-нибудь девка, что хороша в работе — я бы глаза прикрыла. А эта, говорят, только танцевать умеет. Но не как наши мужчины танцуют, а по-другому. Сама из южных краев, и танец оттуда… Мы с Тюрой каждый день посылаем ее в коровник. Навоз убирать, сено таскать. За телятами приглядывать. Вот сейчас ударят морозы — и вряд ли она доживет до следующего лета.

Забава вдруг представила Красаву в коровнике. И тут же одернула себя — на Красаву теперь злиться ни к чему. Ее теперь только жалеть можно.

Потому что у нее самой есть Харальд, а у Красавы тут нет никого.

— Но твой муж — ярл, — со значением бросила Гудню. — Если он заведет рабыню, ты не сможешь послать ее работать. Да так, чтобы пот по спине ручьями — а потом на мороз, в тонкой накидке… Если у ярла появится девка, он ее тут же переведет в женский дом. И не позволит ей работать.

Как когда-то не позволил мне, вдруг вспомнила Забава.