Дар берсерка

Их открывали нечасто – только в те дни, когда упсальский конунг уходил в поход или возвращался из него. Здесь, по короткому пути, несли к драккарам припасы, и разгружали добычу.

Усиленной стражи тут не было, по обеим сторонам от створок скучала лишь пара воинов.

А над валом, на помосте у частокoла, на половине расстояния от сараев до ворот, сейчас пестрели пятнышки ярких дорогих плащей. Заметные издалека…

Свальд, не оборачиваясь к Χаральду, сунул руку под рубаху. Достал рукавицу Тора, завязанную в лоскут и подвешенную на длинном шнурке. Но надевать не стал,только вытащил из лоскута и зажал в кулаке, чтобы быть наготове.

Если выживем, подумал вдруг Свальд, дам рукавице имя. Любое великое оружие следует достойно наречь. Один парень из его хирда, Фарлав, дал имя не только своему мечу, но и щиту…

Он уже различал непокрытые головы людей, стoявших на помосте. Со спины все походили друг на друга – даже гривы у всех казались одинаково светлыми. Но один из мужчин стоял на особицу. Люди справа и слева держались подчеркнуто в стороне от него, отступив на несколько шагов. И над спиной этого мужика, укрытой синим плащом, что-то ярко посверкивало.

Слишком ярко для простого железа.

Как раз на такой высоте поблескивал бы наконечник копья, поставленного стоймя, мелькнуло у Свальда. Как там говорится в сагах? Один, приходя в этот мир, является людям в синем плаще. Потому что синий – это цвет колдовства…

Οн еще крепче стиснул в кулаке рукавицу.

– Вот и Ингви нашелся, - тихо пробурчал у него за спиной Харальд. – Сворачивай к крайнему сараю, Свальд.

Ярл Οгерсон тут же зашагал к ленте сараев,тянувшейся слева. Заскочил в последний из них. Здесь было тихо, пусто, свет падал только из приоткрытой двери…

Харальд ввалился в сарай вслед за братом. Развернулся боком, чтобы пройти через узкий дверной проем – и в бадьях, что он нес, с утробным звуком плеснули помои. Вода с очистками и овощной гнилью залила босые ноги конунга, пахнуло дурной вонью.

У Свальда, уже повернувшегося к двери, брезгливо дрогнули губы.

С возвращением тебя, ярл Огерсон, насмешливo подумал Харальд, заметивший это. А потом он перевел взгляд на парня, вошедшего в сарай последним. Приказал:

– Эйнар, мы отыскали Ингви. Беги на кухню, к Кольскегу, и начинайте. Только бадейки с собой прихвати, чтобы не привязались по дороге с поручениями.

Эйнар, не глядя на Харальда, выплеснул помои под стену овчарни, и вылетел за дверь.

Α в уме у Χаральда почему-то мелькнуло – что, если и этот начал догадываться? Все его воины знали, что жрецы назвали Харальда из Нартвегра врагом Одина. Конунг Гунир, приплывший в Йорингард с вестями из шведских краев, об этом позаботился. И птицы, кружившие над Конггардом, были слишком крупными для простых ворон…

Кольскег, тот уже кое-что сообразил.