Бернаут

– Ненавижу тебя, – процедила я, но, поднырнув ему под руку, обхватила двумя руками за торс, который оказался твердым, словно ствол дерева.

– Вот и умничка. – Он поцеловал меня в макушку.

Как только машина скрылась за поворотом, я отстранилась и, поймав его взгляд, произнесла:

– Нет, серьезно, как ты теперь собираешься это провернуть?

Он тяжело сглотнул. И только тогда до меня дошло: он сам не имеет ни малейшего понятия.

– Поедем вместе? – предложил он осторожно, приподняв брови.

Мой голос сорвался на жалобный писк прямо посреди фразы:

– Вот так просто? А меня ты спросил? А мои планы? Мое лето? Мои друзья? Моя работа?

– Я компенсирую, – поднял он руки, защищаясь. – В тройном размере.

Я резко отвернулась, чтобы не сорваться и не вмазать ему изо всех сил. Не знаю, на каком-то интуитивном уровне запомнила: нельзя. И да, я понимала, что Бланж действовал инстинктивно, не успев все обдумать, ведь он, как и я, оказался в этой ловушке. И не время выяснять, кто прав, а кто виноват, если нам обоим в случае провала грозит тюрьма. Но все лето? Почти три месяца?

Захотелось что-нибудь разбить, чтобы осколки разлетелись во все стороны. Чтоб громко и визгливо. Чтоб поднять в воздух пыль и, может, тогда облегченно выдохнуть, но я не у себя дома. И легче ни одному из нас не станет.

Повисло молчание. На этот раз неловкое.

– Я твои вещи отнесу, – осторожно произнес Бланж. Его шаги послышались на металлической лестнице, а я обреченно опустилась на пол, уставившись в одну точку.

– Счастливого лета, Джеки! – сказала я самой себе и закрыла ладонями лицо.

Глава 10. Я обещаю

С того самого момента, как мы покинули Лос-Анджелес, я ощущала себя героиней третьесортного роуд-муви, притом что «роуд»9 в нем никак не заканчивалась. Высокие пальмы вдоль дороги сначала сменились кустами-полуросликами, а потом нас и вовсе окружила пустыня, где лишь изредка встречались растущие островками кусты креозота, чоллы, юкки да солончаки.

С Бланжем мы не разговаривали. С тех пор как наши планы так кардинально изменились, я полностью игнорировала его существование. Хотя, возможно, это было глупо, учитывая, что именно он сидел за рулем автомобиля, увозящего меня все дальше в глубь страны. Надувшись, я глядела в окно на не меняющийся пейзаж, а Бланж… Бланжу, кажется, на все было вообще плевать. Или он просто успешно делал вид, что ситуация его никак не задела.

– Держи, – протянул он мне шоколадный батончик на одной из заправок, сел в машину и пристегнулся. Мотор GMC – невероятных размеров пикапа, где на открытой площадке кузова были закреплены два мотоцикла, – мягко гудел в тон работающему кондиционеру. – Когда доберемся, найдем место, где можно будет нормально поесть.

Я повернулась. Лицо Бланжа оставалось бесстрастным, как у игрока в покер.