Бернаут

Вот так все и закончится! Нас арестуют! Все пропало! Конечно же, кто поверит в тот бред, что мы устроили? Бланж же, сохраняя полное спокойствие, поставил вещи на пол и улыбнулся:

– Я могу вам чем-то помочь?

– Проходите, – опомнилась я, чуть не забыв, что на правах хозяйки этого дома должна была первым делом пригласить гостью внутрь.

Без капли смущения женщина окинула квартиру взглядом, то и дело останавливая его на пустующих полках. Надо было заранее продумать легенду. Хоть пару совместных фото сделать да в рамки вставить.

– Мы только въехали, – зачем-то пробормотала я, глупо улыбаясь, на что она вежливо кивнула.

– Какие-то проблемы с документами? – поинтересовался Бланж.

– Да, есть небольшие. – Она снова пристально посмотрела на нас. – Дело в том, что вчера к нам в управление поступил донос, в котором говорилось, что ваши действия по заключению брака являются мошенническими. Как вы понимаете, мы к таким вещам относимся весьма серьезно.

Нервный смешок слетел с моих губ, Бланж же ни на миг не растерялся, рассмеявшись так искренне, будто слова этой женщины были чистым бредом.

– Не от Марселя Андраде, случайно? – спросил он.

– Это конфиденциальная информация, – произнесла женщина, но, судя по тому, как на секунду расширились ее глаза, Бланж попал в точку.

– О, сейчас я вам все объясню, – произнес он уверенно. – Кстати, хотите кофе? – Он кивнул на меня. – Жаклин, детка, сделай, пожалуйста. – И это была не просьба, а почти требование. Но поскольку мы вместе были словно два утопающих, держащихся за одну соломинку, я поспешила его выполнять. – Мы с Марсом давние соперники, понимаете? Мотокросс, слышали?

Очевидно, она не слышала, потому что Бланж принялся забрасывать ее спортивными терминами, а я даже рада была, что мне не приходится участвовать в этом представлении. В конце концов, прирожденным лжецом из нас двоих был он. Я же, как можно тише открывая одну за другой кухонные дверцы, пыталась отыскать кофейные чашки.

– Не может смириться с тем, что я снова его обыграю. Но, понимаете, мне на победу плевать.

Наконец в верхнем ящике – кто вообще хранит посуду в таком месте? – я обнаружила две чайные пары и, так как времени возиться с кофеваркой не было, решила обойтись растворимым кофе.

– Древняя история, – заверял нашу гостью Бланж в это время. Я обратила внимание, что, при всей его молчаливости, когда этого требует дело, его прорывает, как плотину в половодье. – Я бы не хотел, чтобы из-за нашего с ним недопонимания пострадала, например, Жаклин. – В этот момент я как раз вошла в комнату. Улыбнувшись, поставила на маленький столик кофе и села рядом с «мужем». – Люблю ее, – произнес он и, притянув меня за плечо, поцеловал в висок. Я тоже улыбнулась.

– Разумеется, мистер Бэлэнжер.

– Беланже.