Берлинский транзит

Если он проверит и выяснит, что я был прав, и Хромой Джансунг нарушил их кодекс чести, то боюсь, что к предателю из банды Цверавы придут совсем другие люди. Более компетентные и жестокие.

— Когда это произойдет?

— Понятия не имею. Может, сегодня, может, завтра. А может, никогда. Возможно, мне не поверят, этот тип сумеет как-то выкрутиться, и все наши усилия окажутся напрасными. Тогда он прикажет находящимся в Берлине обоим убийцам, въехавшим сюда по польским паспортам, разобраться либо со мной, либо с остальными двумя пассажирами из нашего вагона. И вот тогда вашим сотрудникам придется очень нелегко. Им придется защищать нас изо всех сил. Если, конечно, у них получится.

— Надеюсь, когда они придут, — пробормотал комиссар, — мои люди будут на месте. За них не беспокойтесь. Кстати, портье, который сегодня ночью будет дежурить, тоже наш человек. В случае необходимости можете смело к нему обращаться. Он имеет право даже выдать вам оружие, если вы почувствуете опасность.

— Спасибо. Не сомневаюсь, что вы все предусмотрели. Будем ждать, герр комиссар. Будем ждать, когда наконец нас придут убивать.

— Не нужно так говорить, — нахмурился Реннер. — У нас тоже работают не такие дебилы, чтобы упустить убийц. Мы сумеем вас защитить.

— Очень надеюсь, — пробормотал Дронго на прощание.

Он собирался подняться к себе в номер.

— Что-нибудь нужно? — спросил с улыбкой портье.

— Минеральную воду, — улыбнулся ему в ответ Дронго, — желательно две большие бутылки. И пусть меня не беспокоят.

— Не волнуйтесь, вас никто не будет беспокоить, — заверил его портье.

Дронго поднялся на лифте, прошел по длинному коридору. Странно, что сейчас уже почти десять вечера, а тележек с горничными нигде нет. Он повернул в сторону своего номера. Подошел ближе. И услышал, как скрипнула дверь соседнего номера. Он подошел к двери и постучал. Ему никто не ответил. Дверь медленно открылась. Он стоял на пороге и смотрел в глубь комнаты. Оба сотрудника комиссара Реннера были застрелены. Они даже не успели достать свое оружие. Дронго подошел к одному из них, достал его пистолет из кобуры, закрепленной под пиджаком. Теперь они не застанут его врасплох, и это будет уже хоть каким-то его преимуществом. Но как полицейские могли впустить к себе убийцу? Просто непостижимо. Почему они вообще кого-то впустили, даже не насторожившись.

Он повернулся и, быстро достав свою карточку-ключ, вошел в свой номер, не забыв закрыть за собой дверь. Он боялся, что увидит нечто страшное. Ему не хотелось видеть эту картинку. Чувствуя как колотится его сердце, он вошел в комнату. На кровати лежало смятое одеяло, и здесь никого не было. Он даже наклонился, чтобы посмотреть. Женщины нигде не было. Но постель еще хранила тепло ее тела.