Берлинский синдром

 — Ты боишься того, что может произойти?

— Не боюсь, — слишком быстро ответила она. Еще подумает, что она лжет. У нее никогда не было необходимости бояться — она никогда не сталкивалась с опасностью. — Просто тонко чувствую его. — Она старалась говорить так же, как Энди, тщательно подбирая каждое слово, вдумываясь в его значение.

— Будущее вытесняет настоящее. Если бы я знала, что будущее не будет отличаться от настоящего, я бы только порадовалась. Но этого никогда не знаешь наверняка, поэтому я и не перестаю удивляться.

— Если ты спросишь меня, я отвечу, что оно довольно приятно. — Он привлек ее к себе, собираясь поцеловать, но остановился. — Почему ты закрываешь глаза?

Она открыла глаза и увидела, что он внимательно изучает ее лицо.

— Не знаю. — Она никогда раньше не задумывалась об этом. А если бы и подумала, то пришла бы к выводу, что целующий ее мужчина тоже закрывает глаза. — Может, потому что твое лицо слишком близко, чтобы сосредоточиться на нем?

— Но разве ты не хочешь видеть его?

— Я уже знаю, как ты выглядишь. — И она снова поцеловала его с закрытыми глазами. Затем она открыла глаза. Он пристально смотрел на нее, и она, смеясь, вырвалась из его объятий. — Если я не закрою глаза, это отвлекает меня! Вот я и закрываю, чтобы не отвлекаться.

Внезапно он отпустил ее руку и зашагал дальше по дорожке. Неужели рассердился? Она не собиралась бежать за ним. И замерла на месте, не уверенная в том, кто из них только что принял это решение — она или он.

— Идем. Хочу кое-что показать тебе.

Сделав несколько шагов в ее сторону, он поманил ее рукой. Она засомневалась, но затем поспешно догнала его. Они прошли мимо мемориала, только мельком взглянув на героического советского солдата со спасенным ребенком на руках и раздавленной свастикой под сапогом.

— Смотри, — сказал он. Сквозь голые деревья виднелось колесо обозрения, поздняя осень открыла вид на него, — Здесь целый парк развлечений. Он закрыт уже много лет.

Они подошли к высокому забору из штакетника, и он помог ей забраться. Она вскарабкалась наверх и спустилась с другой стороны, ноги скользили по сырому дереву, не находя опоры.

— Ты уверен, что это хорошая идея? — спросила она, когда он тяжело приземлился рядом с ней.

— Тс-с! — Он приложил палец к ее губам, — Территорию патрулируют охранники."

"Парк был совершенно заросший. Последние лучи дневного света с трудом пробивались сквозь кроны деревьев, под ногами хрустел папоротник. Но даже в тусклом свете сумерек она видела какую-то несуразность этого парка. У подножия колеса обозрения в глубоком реверансе накренился корабль викингов; прогулочные лодки, похожие на лебедей, сбились в стайку среди каштанов, словно на собрании клуба одиноких сердец.