Берлинский синдром

Жаль, что вес полотенца недостаточно укрощает растение и оно не оставляет ее в покое. Когда она снимает полотенце, его листья, кажется, разворачиваются еще шире, продолжая источать свое разочарование в ней. Взяв горшок с растением в руки, она прижимает его к бедру, ногой распахивая дверь ванной, и вдруг понимает, что держит растение так же, как будет держать ребенка. Близко к себе, надежно обхватив руками. Не позволяя ему выскользнуть из рук.

Он перекатывается на другой бок, откидывает одеяло и проводит рукой по ее плечу. Она не просыпается. С таким же успехом она может находиться далеко, и его раздражает, что он не посвящен в ее мысли.

— Сны интересны только тому, кто видит их, — отвечает она на его расспросы.

Он просит ее рассказать, что происходит в ее сознании ночью, но она отказывается. Он боится, что ей снятся места, в которых он никогда не был и о которых не знает. А вдруг она предпочла бы находиться именно там?

— Тебе снится Австралия?

— Я же сказала, мои сны ничего не значат. Пляж, скалы. Часто снятся джунгли, и в них лианы раскачиваются, как в мультиках. В моих снах нет реальных людей, нет смысла. Энди, сны — всего лишь обрывки мыслей, оставшиеся после прошедшего дня.

Но однажды ночью она внезапно проснулась, тяжело дыша, словно долго бежала.

— Мне приснилось, что у меня выпадают зубы. Все до единого. И даже больше, чем у меня было. Они просто продолжали вырастать, заполняя рот, и мне приходилось выплевывать их. Они рассыпались по всему столу, падая один за другим между моими пальцами.

Обняв ее, он расспрашивал о подробностях, страстно желая проникнуть в этот крошечный фрагмент ее мыслей. Но больше она ничего не рассказывает, ее страх проходит так же быстро, как и возникает. В конце концов она снова уснула и на следующий день ничего не упоминала о ночном кошмаре.

Слушая ее тихое дыхание рядом с собой, он ревнует; ему редко снятся сны. Чаще он лежит в состоянии беспокойного бодрствования: его сознание лихорадочно работает, а тело умоляет дать ему отдохнуть. Он и сейчас чувствует то же самое, прижимаясь к ней, словно стараясь наполнить себя ее покоем. Но ничего не выходит, она продолжает спать, а он встает с кровати и идет в ванную."

"Он уже начал задумываться о жизни без Клэр. В такие моменты она так далеко от него, что ее физическое присутствие скорее приносит мучение, чем успокаивает. Конечно, он понимает, что ее следует отпустить, но его беспокоит, что будет дальше. Она все расскажет полиции, и он отправится в тюрьму. Вот как разрешится ситуация, и это единственное правильное решение. И хотя и трудно смириться с такой вероятностью, все-таки именно жизнь без Клэр беспокоит его больше, чем жизнь в тюрьме. Отправка писем, ожидание часов свиданий с посетителями — всего этого было бы недостаточно.