Береника

Да дасх вообще много чего рассказывал! Но ни разу не дал понять, можно ли верить его словам. И мне самой было куда легче воспринимать подобные истории как красивые сказки.

— Не отказывайся сразу, подумай. — В спокойном голосе нет-нет да и проскальзывали нотки волнения. — Наш маленький спектакль займет совсем немного времени, максимум пару месяцев. А потом вы с Бри получите дом в моих землях, за работой так и вовсе дело не станет. Ну же, Береника, соглашайся!

В голове царил полный сумбур, выцепить из спутанных мыслей ответ я сейчас была не в силах. Да и не решают подобные вопросы сплеча. Тут надо все хорошенько обдумать, с наставницей поговорить опять же.

Бриалина, Бриалина, Бриалина… Казалось, мысль зацепилась за что-то важное. А! Вот оно. Игнат!

— Скажи-ка мне, друг любезный, а кузнец, часом, не твой подданный?

Балош недоуменно моргнул. Действительно, при чем тут кузнец? Извилистых путей моей логики он проследить был не в силах.

— Мой… Береника, не отвлекайся!

Ха, что и требовалось доказать!

— Утром дам точный ответ, — пообещала я и прямо с места, где сидела, перенеслась в убежище. И плевать, что Балош все видел!

— Итить-колотить! — впечатлилась я, обозревая феерический погром.

Диваны и кресла перевернуты, стол разбит в щепки, книжный шкаф лишился почти всех полок, а его содержимое валялось прямо под ногами в разной степени изорванности. Очаровательно!

Здесь что, тайфун пронесся?

— Он был в бешенстве, — лукаво сверкнул глазами тахесс, аккуратно перешагивая толстый фолиант.

А этот здесь откуда? Я бессмысленно моргнула. В голове одно с другим не сходилось.

Значит, пора задавать вопросы!

— Кто? И что ты здесь делаешь? И…

— Я могу перенестись в любое место, где есть ты. Такая работа… — развел руками нелюдь крылатый, после чего перевернул заваленный на спинку диван и устроился с комфортом. — Марлекс знает, что ты целовала другого.

Ах вот оно что! Ну и леший с ним. Я-то без понятия, с кем он последние недели проводит…

— И? — Мой голос звучит достаточно холодно?

— Он считал тебя своей. — В скудном свете двух уцелевших свечей глаза Ириана казались красноватыми. И особенно хитрыми. — Не советую его злить, ты не знаешь, на что способен этот дасх…

Своей — кем? Собственностью? Игрушкой? Личным источником силы? Была бы чем-то большим, не оставил бы на произвол судьбы. Какие дела могут быть важнее живого человека, который нуждается в тебе?

— Пусть только посмеет меня обидеть, я ему такие способности покажу!.. — прошипела разъяренно и, перескакивая через валяющийся под ногами хлам, вылетела за дверь.

— Я приберусь здесь, — полетело в спину.

На счастье (для одного паршивца), гнев хозяина коснулся только одной комнаты и некоторых коридоров. Большая часть дома не пострадала.