Беременна в расплату

Со всем голодом, набросится губами…

И балка! Балка с гвоздями, которая упала тогда прямо на него!

Бадрид отбросил ее! Но она успела его задеть! Спас лицо и голову. Но удар пришелся на плечи!

И шрамы.

Три дыры от тех гвоздей из балки!

Я хотела обработать их в той заброшенной квартире! И рваный бок!

Они были. Эти самые шрамы, которые я после столько раз гладила руками! Были! Они были этой ночью! Я же ощущала их под своими пальцами!

Нет! Не только ночью! Они были и утром!

Когда я сбегала от этого демона-бойца, поняв, что это не Бадрид. Другой! Когда безжалостное солнце осветило другое лицо. Все изуродованное шрамами. Когда магия. Сумасшедшая энергия его глаз перестала сводить меня с ума!

Я видела его спину. И эти шрамы. Они там были!

Внутри все переворачивается в фарш."

"Сердце снова вылетает из груди.

- Динар! Нам надо вернуться! Нужно помочь!

— Повиси, — Динар прикрывает трубку руками.

— Мари. Это обычное явление здесь. Мы не собирались и не будем оставаться. Нам разве мало собственных проблем?

И уже отворачивается. Снова возвращается в разговору.

— Хоть на этот раз, Имам. Я надеюсь. Ты сделал все чисто. Тебе, я смотрю. Ничего доверить нельзя. Да. Я знаю. Слухи такие ходили, что ты в этом деле лучший. Но я вижу, что кроме слухов, ничего не было. На этот раз то, о чем я говорю, должно быть удалено! Уничтожено, Имам! Полностью!

Его голос тонет в пелене. Моих диких воспоминаний.

Я будто вижу перед собой те роковые вспышки.

Снова слышу собственный крик. Который оглушает.

Опять рвусь обратно через туннель, а меня держат крепкие руки.

И снова. Снова. Снова. Снова.

Эти шрамы. Эти рубцы на боку и спине.

Это не может повторятся!

Да! Он боец!

Но эти шрамы!

Они абсолютно! Стопроцентно идентичны!

И нет!

Я не сошла с ума!

Потому что мои руки их помят!

Помнят каждой клеточкой! Каждой шершавинкой! Они знают не глазами, если даже допустить. Что глаза способны меня обмануть!

Это память тела. Память прикосновений!

Не бывает совершенно идентичных ран!

— Динар!

Как одержимая. Трясу его за руку.

— Нам нужно вернуться!

— Нет, любимая.

Как сквозь вату слышу его мягкий голос.

— Нет. Тебе просто нужно отдохнуть.

Сжимаю кулаки так, что ногти прорезают кожу на ладонях.

Как я должна все понять?

Он ведь был со мной! Он меня узнал?

Но тогда зачем ему прятаться здесь, в таком странном месте?

И почему он со мной совсем не поговорил?

А если не он? И я совершила самую страшную, самую чудовищную ошибку в своей жизни?

А губы до сих пор горят.

Горят от поцелуев. Расбухшие. Почти кровавые.

Так целовать может только он! Я ведь знаю! Знаю каждое его прикосновение! Они не на теле! Они внутри! Во мне!

Что же делать?

Динар и так разозлен! Таким я никогда его не видела!

И его можно понять.

В любом случае, одно я знаю точно.