Беременна поневоле

Ваня нахмурился, похлопал меня по плечу.

— На первый раз достаточно… Нас уже врачи выгоняют. Подумай о ребёнке. Приедешь завтра.

Ваня потянул меня за собой.

— Хорошо, — согласилась я, но отрывала себя с трудом."

"Нужно было уйти и оставить Арсения одного. Я наклонилась над его лицом, погладив острые скулы. Ваня стоял у двери и наблюдал. Наверное, его взгляд был скептическим, как всегда. Плевать. Сейчас нет сил притворяться.

Я поправила пальцами волосы Арсения и поцеловала его губы. Тёплые, мягкие, но такие безвольные…

— Я хочу быть с тобой. Веришь? Не оставляй нас. Пожалуйста. Ты нам нужен…

49. Алёна

Потянулась череда однообразных дней.

Арсений оставался без сознания, несмотря на прилагаемые усилия врачей. Они ободряли нас, что всё будет хорошо, что у Арсения немалые шансы выкарабкаться из комы.

Покровский выглядел так, словно очень устал и решил выспаться на десять лет вперёд. Его слова о сказке наоборот оказались пророческими. Теперь он спал, а вместе с ним и вся моя жизнь застыла без движения.

Зачастую я даже не понимала, наступил следующий день или всё ещё тянется предыдущий. Я силой заставляла себя поесть и с трудом отрывала себя от постели Арсения.

Иногда я оставалась ночевать в палате и прислушивалась к еле слышному дыханию. Ждала случайного шороха или движения с его стороны. Верила, что это произойдёт.

Отчаянно хотела, чтобы он лениво усмехнулся в своей коронной манере и посмотрел так, словно  видел меня насквозь.

Но этого не происходило.

Могла ли я представить, что однажды буду молить Бога за его здоровье, как никогда ни о чём не просила?

Ничего не имело значения… Ничего из того, что было. Все обиды, страхи и тёмные тени из прошлого растворились, исчезли перед шокирующей мыслью о том, что Арсений рядом и бесконечно далёк. И может стать ещё дальше. Уйти навсегда.

Сейчас я бы с радостью отдала всё, только бы он открыл глаза.

Медсестра заглянула в палату.

— Скоро будем проводить процедуры. Вам лучше отдохнуть.

— Я подожду. Хочу побыть с ним ещё немного.

— Алёна, вы провели больше суток в больнице у постели Арсения. Вам нужно отдохнуть, — медсестра была настроена решительно. — Я позвоню Ивану.

— Нет. Не надо, — я отёрла слёзы. — Я скоро уйду. Дайте мне пять минут.

— Хорошо.

Медсестра вышла из палаты. Едва за ней закрылась дверь, я уткнулась лицом в грудь Арсения. Слышался стук его сердца.

Тук-тук-тук… Спокойно, размеренно, не торопясь.

А у меня сердце заходилось в бешеном ритме и билось за двоих.

— Ты же меня слышишь? Не верю, что не слышишь и не чувствуешь ничего. Проснись, пожалуйста. Ты мне очень нужен. В клинике мне сказали, что уже можно узнать, кто у нас родится — мальчик или девочка. Но я попросила не говорить пока. Я хочу, чтобы ты был рядом со мной в этот момент. Я до сих пор жуткая трусиха.