Беременна поневоле

Едва не сбила с ног Ивана, стоящего на пороге. Он успел придержать меня за локти.

— Тише, Трофимова.

— Ты опоздал!

— Пять минут, Алёна. Всего пять! — Иван устало провёл ладонью по лицу. — Ты завтракала?

— Поехали в больницу.

— Ты завтракала? — с нажимом произнёс Иван.

— Нет! Но какое это отношение имеет к Арсению? Отвези меня к нему сейчас же.

— Только после того, как позавтракаешь, — хмуро отозвался Иван. — Это не обсуждается. Не хватало, чтобы ты хлопнулась в голодный обморок.

Пришлось согласиться с его доводами. Арсений отпустил всю прислугу. В доме не было никого, кроме нас двоих. Тихо. Так тихо, что случайный стук ложки по бокалу слышался, как громовой раскат.

Кое-как я смогла проглотить несколько ложек творога, смешанного с йогуртом, пожевала хлебцы и выпила чашку чая с молоком, не чувствуя вкуса. Потом убрала посуду в мойку.

— Поехали, — разрешил Иван.

Мы в полном молчании дошли до его машины. Иван сел за руль. Раздался телефонный звонок. Старший брат Арсения ответил, обменявшись поздравлениями с Наступающим Новым Годом, и извинился, что сейчас сильно занят.

— Какие травмы у Арсения?

— Ребро треснуло. Сотрясение. Кровоизлияние в мозг. В сознание пока не пришёл, — хмуро ответил Ваня. — Но врачи говорят, что шансы есть.

Шанс есть всегда.

Ваня сказал не всю правду. У Арсения была травма позвоночника. Я твердила себе, что у Арса шансы гораздо выше, чем в любом другом случае. На стороне Покровского — опытные врачи, новейшее оборудование и пристальное внимание персонала.

Нас заверили, что сделают всё возможное. Остаётся только ждать.

Мне разрешили побыть в его палате совсем немного. Просто взглянуть, убедиться, что он дышит и подержаться за длинные, сильные пальцы.

Мы не виделись совсем немного. Я увидела его, лежащего без сознания, и как будто между вчера и сегодня минула целая вечность.

Черты красивого лица заострились. На правой щеке виднелась длинная, широкая ссадина. Я осторожно сжала его пальцы и не удержалась, поцеловав их. Прижала к щеке, молясь о том, чтобы Арсений пришёл в сознание.

Лицо Арсения расплывалось из-за выступивших жгучих слёз. Я снова расплакалась. Только на этот раз беззвучно.

Моё плечо сжали. Я обернулась, смахнув слёзы со щёк. Иван. Он окинул меня пытливым взглядом, словно пытался найти фальшь или следы других эмоций.

Он выглядел озадаченным и перевёл взгляд в окно.

— Время вышло, Алён. Нам пора.

— Так быстро?

Ваня сверился с часами.

— Прошло больше десяти минут, нам давали пять.

Минуты пролетели так, словно их и не было. Сердце обливалось кровью от мысли, что нужно уйти.

—  Я хочу побыть с ним ещё немного.

— Он жив, — Ваня прочистил горло. — Врачи делают все необходимое. Мы здесь ничем не поможем.

— Он услышит меня и почувствует, что мы рядом.