Дар берегини

Такие, как она, от рождения воспитываются для обязанностей земных валькирий и по смерти лишь переходят в дом наивысшего владыки – одноглазого Отца Битв.

Но меч молчал, не открывая тайн своей судьбы, и Ельга не могла вспомнить, чтобы отец упоминал о чем-то подобном.

Она уже убрала меч обратно на дно и почти закончила укладывать сверху нарядные кафтаны, как вдруг заметила на холстине, укрывавшей сверху содержимое ларя, несколько темных пятен. Это была кровь, но давно засохшая. Пятна были небольшие, с горошину – как будто кто-то палец порезал."

"В недоумении Ельга уставилась на нее. На холстине было ясно видно, что это кровь, а не смола, деготь или еще что-то подобное. Но чья? Как она сюда попала? Ельга не помнила таких происшествий, а если бы увидела, то сразу отдала бы покровец челядинкам в стирку. Кто мог лазить сюда без ее ведома – ведь единственный ключ она хранит у себя?

На крыльце бухнуло, кто-то дернул дверь.

– Леляна! Ты здесь? – Свен просунул голову под притолоку, после светлого двора моргая и не видя ее в полутьме. – Иди скорей! К нам древляне приехали!

⁂Две древлянские лодьи прибыли, как обыкновенно, сверху по Днепру и встали возле увоза на Почайне. Причалив, древляне важно ответили подошедшему мытнику, что товара у них на продажу никакого нет, хотя дело их отчасти и торговое, если рассудить; попросили послать на княжий двор и спросить, угодно ли хозяевам принять их, с посланием от князя искоростеньского Житимира и князя малинского Боголюба.

– Уж не дань ли привезли? – прищурился Свен, которому первому доложили об этом.

– Да у них не сказать чтоб поклажи с собой много, – хитровато, с видом мнимого простодушия улыбнулся отрок от Хочуты-мытника, имевший приметливый глаз на содержимое прибывающих лодий. – Одно, сказали, послание доставили.

– Ну, пусть несут сюда, – распорядился Свен. – С паршивой овцы…

После этого он отправился уведомить Ельгу. Узнав, в чем дело, она заволновалась.

– А сколько у них людей?

– Леший их знает. От Хочуты сказали, две лодьи.

– Большие?

– Леший знает.

– Сам ты леший, Свенька! Куда я их дену? Кормить же надо, в баню надо! На постой определять! Тихота! – окликнула она первого челядина, что попался на глаза. – Рагвида найди, живо! Слава богам, у нас есть тур!

Съесть всю тушу пока не удалось даже с дружиной и гостями, да еще имелась туша Ельгиной лошади. Остатки той и другой уже засолили и приготовили в завяливанию, и теперь можно было быстро наполнить котлы.

– Как же их принимать, Рагвид? – волновалась Ельга, обсуждая с отцовским управителем, что и как быстро можно подать на стол, да еще и в эту голодную пору.