Дар берегини

Но в свете близкого оконца Ельга видела каждую черточку, и это так потрясло ее, что она едва не отпрянула: это было все равно что наклониться над тихой водой и вдруг видеть в глубине целый город… или спящего исполинского змея.

Справившись с невольной дрожью, она вновь пригляделась. В навершии были вычеканены две большие птицы – похоже, во́роны, сидевшие крючковатыми клювами друг к другу. В пояске узора ниже воронов переплелись тела не то змеев, не то волков – можно было различить круглые глаза и большие пасти. Узор делился на части тремя золочеными бляшками, тоже с чеканным изображением, но его Ельга не смогла разобрать: не то человеческая фигура, не то какой-то неведомый знак.

Выросшая в доме богатого вождя, Ельга немного разбиралась в таких вещах и видела, что меч прошел очень долгий путь. На клинке не было многобуквенного клейма, которое указывало бы, что выкован он был на Рейне, в стране франков. Набор, то есть рукоять и перекрестье, изготовил искусный мастер в Северных Странах. Но если клинок не из самых дорогих, почему такой дорогой набор? Ножны были совсем новые – бурой кожи, с рыжими ремнями крепления, устье украшено литой бронзой, на нижнем конце раскинувший крылья сокол, тоже бронзовый. Только в одном месте, возле устья, виднелось сухое темное пятнышко, нарушившее чистоту новой кожи. Уж ножны-то сделали на Руси, в варяжской дружине.

Чем больше Ельга разглядывала меч, тем сильнее дивилась. Видно, что вещь очень дорогая, прошедшая не через одни руки. Должно быть, у него есть какое-то имя. Но она не могла припомнить, чтобы хоть раз видела отца с этим мечом. Да и вид его, давно нечищеный, указывал на полное и долгое забвение. Почему отец запрятал такую драгоценность на самое дно ларя?

Но Ельга недолго задавала себе этот вопрос – отец был для нее непостижим, как сам Один, и даже не стоило пытаться понять, почему он поступал так, а не иначе. Видно, что-то в далеком прошлом у него было связано с этим оружием. Может, он получил его в подарок? Или скорее как выкуп – обилие былых войн указывало скорее на эту возможность. Но что было и как – теперь уже никто не расскажет.

Ельга осторожно погладила ножны кончиками пальцев. Подумала, вспоминая слова Асмунда: а если бы она вдруг умерла, отец положил бы ей в могилу один из своих мечей, чтобы иметь надежду найти дочь в палатах Одина? А что, в самый раз. Если уж ему самому, на этом свете, такой дорогой меч оказался не нужен…

Вообразив себя в Валгалле, Ельга улыбнулась. Если правда все то, что она слышала об этом месте, то она найдет там то же самое, что видит здесь почти каждый день. Там ей тоже придется подавать гридям пиво и мясо и слушать их похвальбу своими подвигами.