Белый шиповник

Воистину красивая голова, но глупая! То есть она сама мне все и выложила! Я сделала вид, что знаю, но не скажу, сама же готова было ее расцеловать! Потом, однако, радость моя поутихла. Я, разумеется, его найду, не иголка в стогу сена! Но ведь он любит, я чувствовала это через тысячу верст! Именно поэтому он перестал общаться со мной. Значит, он решил порвать наши отношения, отодвинуть меня на задворки своей жизни. Теперь Надя свет в окне! Но почему она, безликая и некрасивая?

Как такая женщина может рождать сильные чувства, Владимир Иванович?

– В Надежде Васильевне было то, чего нет в вас, княжна. Искренность, естественность. Она была глубокий и прекрасный человек, и дело вовсе не во внешности, ее душа была прекрасна!

– О да! Я думаю, что понимаю вас! Когда мужчины рассуждают о прекрасной душе, то про себя они думают о груди и бедрах!

– Ваш цинизм отвратителен! – вскричал Роев.

– Зато я искренна и честна, точно как ваша бесценная супруга, дважды обманувшая вас! – ядовито парировала Верховская.

Роев поник головой. Рассказ продолжился.

– Передо мной стояла задача не просто найти беглецов, а сделать так, чтобы Евгений покинул свою возлюбленную, посеять между ними враждебность и ненависть. Тут и был извлечен дневник. Вот это было настоящее пугало для моего любимца! Призвала Еремеева и дала ему подробнейшие инструкции. Он человек творческий, по-своему талантливый, и, судя по результату, роль он сыграл вдохновенно.

– А вы не боялись доверить мошеннику тайну семьи? – полюбопытствовал Сердюков."

"– За это он получал великий куш. У Еремеева открывалась единственная возможность поправить свои дела. А это и была мечта его беспутной жизни. При всей его никудышности и подлости он не утратил сентиментальности, родовое гнездо, семейный рай и прочие иллюзии привлекали его чрезвычайно. Он соблазнил нашу толстуху-невестку и через нее вышел на Евгения. Конечно, мне было тяжело доставлять ему боль, но он сам меня вынудил к этому! Они примчались в Петербург. Еремеев с докладом, Лидия вслед за Еремеевым, как осел за морковкой, а вскоре и мой ненаглядный мальчик. Он был, конечно, не в себе. Бедняжка Надин оказалась брошенной на произвол судьбы. Евгений выглядел совершенным подлецом, а это и входило в мои планы. Вряд ли она смогла бы его простить. Я затаилась. Лидия своим поведением содействовала моим планам как нельзя лучше.

А тут еще и телеграмма из Парижа, мол, преставилась драгоценная возлюбленная, не перенесла тягот жизни и предательства любимого человека! Я эту телеграмму потихоньку прочитала, вынув на секундочку из кармана домашнего халата Евгения. А то, думаю, что это мой мальчик ходит как сомнамбула, с безумным остановившимся взглядом? Оставалась Лидия. Ну, эта глупая корова сама вырыла себе яму.