Белоснежный роман

Рука его была большой, в две Настины ладошки, жесткой и надежной, обхватить ее целиком у нее не получалось, и она взялась за край его ладони и большой палец, как малый ребенок отца, посмотрела на него своими васильковыми глазищами и хлопнула ресницами.

– Мне нужна ваша помощь, – горячо прошептала она и внимательно уставилась на него.

У Вольского бухнуло сердце, и шибануло жаром.

Он сглотнул.

– Идемте, скорей! – прошептала Настя и потащила его за собой.

И он пошел, увлекаемый ее маленькой ручкой.

– Куда мы бежим? – поинтересовался Максим Романович, когда они оказались в коридоре. – Обедать? Вообще-то пора, и проголодался я с этими поисковыми обходами.

Настя не отвечала, а продолжала торопливо идти вперед, не отпуская его ладони, так и дотащив Максима до двери, ведущей в холл.

Осторожненько из нее вышла и затянула за собой ничего не понимающего Вольского, спрятавшись за большой квадратной колонной, отделявшей холл от заднего пространства стойки ресепшена и той двери, из которой они вышли.

– За кого партизаним? – усмехнулся Вольский, к тому моменту вполне справившийся со всеми своими душевными трепыханиями.

– Значит, так, – самым серьезным образом распорядилась Анастасия, развернувшись к нему. – Вы сейчас включите свое хваленое обаяние, которое, как вы утверждаете, нравится женщинам, что-то срочно придумаете и выманите дежурную из-за стойки. Только придумайте что-то стоящее и натуральное, тут везде видеонаблюдение ведется.

– И зачем мне это надо? – полюбопытствовал Максим Романович, улыбаясь.

– Надо добыть ключ от люкса, – растолковала Настасья.

– О как! – порадовался Вольский. – А позволь узнать: на кой?

– По-моему, это очевидно, – недовольно посмотрела она на него. – Мне надо срочно попасть в этот самый номер, – и торопливо перебила, когда увидела, что он собирается еще что-то говорить: – Вы все мне скажете потом, сейчас надо торопиться. Давайте, действуйте.

– Насть, – остудил Вольский ее заговорщицкий оптимизм. – А давай ты, – он сделал упор на «ты», – немного остынешь и подумаешь, с какой целью ты собираешься лезть в эти непонятные дела? А? Я понимаю – скучно и заняться особо нечем, сидя запертой в гостинице, а ты девушка неугомонная, энергичная, но это серьезное дело и странное: пропал человек, и пока не ясно, что с ним случилось. Выяснять это должны специалисты, и игры здесь не уместны и даже больше того – вредны, – практически отчитал он ее.

– А я и не собираюсь играть, – в тон ему так же серьезно ответила она. – Я намерена помочь разобраться с этим исчезновением, потому что даже вон ваш профессионал Тимирдяев проглядел много важных мелочей и фактов и уже не сделал того, что очевидно и необходимо было сразу предпринять.