Белоснежка для Его Светлости

Хотя Тай в силу своей тяги к безрассудным подвигам все же попытался рыпнуться, но был остановлен тяжелой лапой отца, осадившей мальчишку. А жаль. Я бы посмотрела, как этот блондинчик пытается протаранить купол, тратя на него свои магические силы. А потом бы наваляла ему как следует за все плохое, что он сделал мне, Варгу, Клотильде, Алисе и даже Регине. Хоть с прибытием живого и почти невредимого мужа жажда мести и притупилась, устроить парню трепку все равно хотелось. Просто так, в воспитательных целях.

У остальных участников нашей разношерстной группы ума хватало спокойно дожидаться конца разборок, не растрачивая энергию на бесполезное трепыхание. Кто‑то стоял у саркофага, тихо переговариваясь, другие сидели на ступенях, подобно нам с Варгом. А чересчур эмоциональные господа продолжали выяснять, кто прав, кто виноват, совершенно не заботясь о том, что у их беседы полно свидетелей. Хотя вру, эмоциональным из этой парочки был только длинноволосый. Брюнет же реагировал на обвинения рыжего с доброй долей сарказма, за которым пряталось раздражение.

Он тоже был высокий и худощавый, но в отличие от собеседника, одетого в расшитый серебром камзол, выглядел проще и страннее. Короткая стрижка с длинной челкой, белая туника, облегающая торс, штаны из странной голубой ткани с кучей заклепок, нашивок и металлических змеек на карманах-необычная одежда, я такой никогда раньше не видела. На лбу мужчины красовались громоздкие очки, в левом ухе-зеленый кристалл, на плече-черный ворон, а на руках полупрозрачные перчатки из какого‑то странного материала, похожего на тонкую кожу.

— И кто из них Сияющий? — спросила я супруга шепотом."

"— Представления не имею, — ответил тот, продолжая, как и я, разглядывать собеседников. Обложка книги, по-прежнему лежавшей на моих коленях, странно потеплела, и, привлеченная этим, я раскрыла гриморию.

— Тот, который брюнет, — прочла я надпись над проступившими очертаниями довольно комичного изображения, не лишенного сходства с одним из визитеров. — Он же милорд Лучезарный, гай Светлоликий и просто Ашенсэн.

— Интерес-с-сно, — протянул Варг, тоже глядя в книгу. — А второй тогда кто? — поинтересовался он, сделав приглашающий жест рукой нашим друзьям.

«Второй в ваших мирах работал под псевдонимом Аштарэт, — охотно ответили „Летописи Годранга“, подтверждая теорию Лиама о том, что та, кто за ними стоит, видит и слышит все, что происходит рядом с артефактом, коим является и книга. — Зовут его гай Огненный, ну или Ийзэбичи».

И под этим заявлением тоже нарисорвался забавный портрет, в гротеске отражавший основные черты прототипа.

— Аштарэт? — не скрывая удивления, переспросил подошедший к нам Ингольв.