Талисман Белой Волчицы

Успокоить заводских Тригеру помогло еще и то обстоятельство, что люди видели и знали, как искренне печется управляющий о делах, сам изрядно не жирует, живет хотя и в каменном, но казенном доме, который занимал еще прежний управляющий, и, главное, слов на ветер не бросает. Если пообещал, то в дугу выгнется, но все, что сказал, выполнит.

Правда, бухгалтер этих настроений не разделял и очень скептично отнесся к обещанию управляющего повысить жалованье горновым и вальцовщикам. Но спорить с начальством при народе не осмелился, потому что, стоило ему высказать полушепотом сомнение в том, что государственный заказ поможет заводу выйти из неприятного положения, Тригер сверкнул на него таким разъяренным взглядом, что бухгалтер невольно опустил глаза и отступил за его спину. Флегматичный немец в минуты гнева был непредсказуем, мог, говорят, и по морде запузырить, несмотря на строгое остзейское воспитание.

Рабочие вернулись на свои места. А доменная печь принялась заглатывать сизую руду, белый известняк, уголь, чтобы точно в положенный срок извергнуть из себя огненно-жаркий густой поток чугуна…

Тригер не ушел с завода. Кутаясь в плед (его продолжало лихорадить), он прошел по цехам и к моменту выхода чугуна снова вернулся в доменный цех…

Дальше немногочисленные свидетели гибели управляющего утверждали, что Тригер, прикрывая рукавицей лицо от жара, подошел к ковшу и что-то спросил у доменного рабочего Захара Бугатова. Тот засмеялся и вытянул руку в сторону домны. Все, кто находился в этот момент в цехе, смотрели в том же направлении, на струю льющегося металла, а когда обернулись, то Тригера уже не было и лишь бухгалтер Столетов медленно сползал на пол с синюшным, как у удавленника, лицом.

Он единственный видел, как Захар подтолкнул худосочного Тригера в плечо и, не дав пошатнувшемуся от неожиданности немцу опомниться, подхватил его под мышки и под коленки и забросил в ковш. Управляющий не успел даже вскрикнуть… Пшикнул мгновенно, как раскаленная сковорода, чугун, взвилось облачко пара — все, что осталось от Генриха Тригера… Пока горновые и их помощники приходили в себя от ужаса, Захар сорвал с себя фартук и метнулся к выходу. Никто его не остановил. Люди потрясение уставились на ковш с багровым металлом и быстро-быстро крестились дрожащими от только что пережитого кошмара пальцами…

Алексей велел принести из канцелярии бумаги на Захара, но ничего порочащего горнового в них не обнаружил. Тот появился в слободе полтора года назад. Выписал его из Златоуста сам Тригер. Ему нужен был опытный горновой мастер на новую домну, которую строили несколько лет и запустили как раз год назад с помощью Захара.