Талисман Белой Волчицы

Один из них Захарка Бугатов, тот, что управляющего завода Тригера в котел сбросил. Слышал небось? Так вот, это анчихрист так анчихрист был! Но и смерть лютую принял за грехи тяжкие.

Старец ничего не ответил, лишь повернулся к божнице и принялся креститься на образа, бормоча при этом:

— Безбожна-а Ру-усь в зловредии и маловери-и. Отрекши святость и све-ет, через коий видим ми-ир и существу-уе-ем… Спаси, Христе, от злых дея-аний наших и течем к добру-у и понима-а-анию…

Они захлопнули за собой дверь и вышли на крыльцо.

— Что за спектакль ты устроил, Лукич? — спросил Алексей. — Или на Протасия у тебя тоже кулак чешется?

— Не то слово, Алексей Дмитрич, не то слово! — вздохнул урядник. — На нем воду возить, а он вишь как складно языком чешет. И заметил, за стол он нас пригласил, что противо их обычаев и законов, а вот ногу мою побрезговал рукой взять?

— Конечно, заметил. По-моему, шарлатан он какой-то, а не старец. Паспорт у него есть?

— Есть, я, как только он в скиту объявился, сразу же проверил. По бумагам он мещанин из Томска Аверий Корнилов, но принял веру раскольничью и в скит по собственной воле удалился. Прежде тут старец Амвросий жил со старухой своей Ермионией. Только сам по осени еще в тайге сгинул, а на его место, дескать, Протасия прислали, мне на беспокойство. С бабкой-то они, похоже, неплохо ладили, но месяца два уже, как она преставилась, так что Протасий теперь в скиту полный хозяин.

— Но старообрядцы не признают документов, а у Протасия, сам говоришь, паспорт есть.

— А я что гутарю? Для моего беспокойства он здесь поселился! Какой он, к дьяволу, старец, хотя и двумя перстами крестится… — Он махнул рукой. — Ладно! Все равно до него доберусь, дай только немного с делами разобраться. — И прикрикнул на собачонку, так и льнувшую к их ногам:

— Отвяжись, Варька! Не кормит тебя хозяин, что ли? — И пояснил:

— Такая тварь прилипчивая! Если увяжется — не отгонишь!

Собачонка, обиженная подобным отношением, отскочила в сторону и залилась звонким лаем. И этот лай сопровождал их до той поры, пока они не выехали на основную тропу, которая через полчаса вывела их к околице казачьей станицы Иванцовской.

Егор пришпорил своего коня и понесся вскачь по извилистой улице, которая выходила на небольшую площадь перед деревянной церквушкой. Алексей не отставал от урядника и крайне удивился, когда заметил, что его лошадь сама свернула к просторному дому под железной крышей и остановилась. Перед домом росло несколько кустов черемухи, позади тянулся большой огород. С другой стороны к нему подступали хозяйственные постройки — крепкий амбар, просторная конюшня, сарай, свинарник, высокий крытый сеновал. За огородом, ближе к реке виднелась низкая крыша баньки.

— Вот и приехали.