Талисман Белой Волчицы

Говорят, втихушку знахарствует, но не каждого принимает, только кто ему покажется. Некоторые барыни из Тесинска к нему частенько заглядывают. Шут их знает зачем, может, от порчи их избавляет, а то от чего другого? — Егор подмигнул Алексею и расхохотался.

Внезапно послышался стук копыт по камням и из-за поворота навстречу им выехал всадник. В наползающих сумерках они не сразу разобрали, что перед ними женщина. Но она узнала их первой и, поздоровавшись, произнесла с веселым недоумением:

— Илья Николаевич, а вы как здесь оказались? Неужто тоже лечиться на источник приехали?

— Марфа Сергеевна! — поразился Алексей не меньше ее. — Вот уж кого не ожидал в тайге встретить, так это вас!

Не боязно одной ездить?

— Так я ж не одна. — Она улыбнулась и, подхватив лежащую поперек седла винтовку, навскидку ударила по стоящей неподалеку сосенке. Верхушка деревца отлетела напрочь, а Егор даже присвистнул от восторга:

— Ну и лихая вы барышня, Марфа Сергеевна!

Она весело им подмигнула, оттянула затвор, и пахнущая порохом гильза крутанулась под ноги, щелкнула по камням.

— Да, с такой подружкой не страшно, — произнес с уважением Егор и поинтересовался:

— А винтовочка-то не наша, не расейская вроде?

— Это Миша мне подарил, еще в прошлом году. — Марфа нежно погладила ложе винтовки. — «Арисака», японская!

— Слышал, слышал. — Урядник подъехал ближе и взял винтовку из рук Марфы. Подержал, покачивая в руке, словно испытывая на вес, затем вскинул и прицелился в верхушку скалы напротив. С явным сожалением вернул «арисаку» хозяйке, причмокнул языком:

— Хороша, зараза! Не зря, говорят, хунхузы за нее пять коней дают!

— Не знаю, с хунхузами не встречалась, — рассмеялась Марфа. — По мне «винчестер» все же лучше, но тяжелее, поэтому «арисака» для меня сподручнее.

— Так вы здесь охотились? — догадался Алексей, заметив двух притороченных к ее поясу гусей.

— А, — махнула Марфа небрежно рукой, — это попутно! Подстрелила, еще когда до источника добиралась. А ездила к нему за грязью да за водой. — Она шлепнула ладонью по одной из двух плоских металлических фляг, свисавших по бокам лошади. — Матушке ноги лечу. Чирьи ее замучили. И Марии Викторовне тоже помогает. Рана у нее уже затянулась, но рука пока плохо действует…

— Что-то серьезное? — спросил Алексей.

Марфа разобрала в его голосе беспокойство, успокаивающе улыбнулась:

— Все обойдется, Илья Николаевич! Но, сами понимаете, рана была тяжелая, и шрам, конечно, заметный останется.

— Вы что-нибудь сумели узнать, кто подобными самострелами балуется? — вспомнил вдруг Алексей про задание, которое дал сестре Михаил.

Марфа пожала плечами:

— Удивительно, но никаких следов! Я опросила многих охотников, никто ничего подобного не встречал.