Талисман Белой Волчицы

Она поняла это как призыв, потянулась к нему всем телом, но в следующее мгновение уже лежала навзничь, придавленная к земле мужским коленом.

— Тихо, — Алексей прижал ей к виску револьвер, — тихо, Анфиса Никодимовна! Сейчас мы спокойно отсюда уйдем, а после обо всем поговорим.

Он стянул с шеи галстук и связал им руки женщины.

Анфиса молчала, лишь диковато сверкнула глазами, когда он пригрозил:

— Будешь орать — пристрелю, как собаку!

Он взвалил ее на плечо и понес сквозь заросли. Анфиса непонятно почему терпела, лишь изредка ругалась сквозь зубы, когда упругие и колючие ветки задевали ее за лицо.

Дойдя до лошадей, Алексей взял их в поводья и, не спуская Анфису с плеча, выбрался из зарослей на свободное пространство.

Он опустил Анфису на плоский камень и развязал ей руки. Она потерла запястья, с ненавистью посмотрела на него и оттолкнула протянутую руку. Легко вскочила на ноги и вдруг, развернувшись, ударила его по лицу, но промахнулась, и удар пришелся по шее.

Алексей перехватил ее за руку и сердито прошептал:

— Уймись, иначе опять свяжу!

— Негодяй! — Анфиса задыхалась от бешенства. — Радуешься, что с бабой справился? Мерзавец!

— А ты по-хорошему не понимаешь. — Алексей вскочил на коня, не совсем любезно подхватил Анфису под мышки и посадил на лошадь перед собой. Она лишь вскрикнула от удивления, но, похоже, подобная бесцеремонность ей понравилась. Она прижалась к нему спиной, а когда Алексей, обняв ее за талию, притянул к себе, захихикала и погладила его выше колена, гораздо выше, чем допускали приличия.

«Ну, паршивка», — подумал он и, подхватив второго коня за поводья, всучил их Анфисе, чтобы занять ее руку, которую она сместила уже к его бедру. Она недовольно фыркнула, но свое занятие прекратила, так как правой рукой держалась за луку седла.

Миновали ущелье и вновь выехали в степь. Алексей отпустил руку и приказал:

— Переходи на свою лошадь!

Анфиса легко перескочила в седло. Некоторое время они ехали молча, нога к ноге. Алексей то и дело посматривал на женщину. Она же хмуро озиралась по сторонам. На него намеренно не смотрела.

— Что ж, так ничего мне и не расскажешь? — усмехнулся Алексей и, ухватив ее коня под уздцы, принудил его остановиться. Загородив дорогу, он продолжал удерживать коня, дожидаясь ответа.

— Не балуй! — Анфиса неожиданно равнодушно посмотрела на Алексея и рванула поводья из его рук. — Немного потерпишь. Доедем до Улуг-холя, там все обскажу.

— Ну раз так, скачи быстрей, — засмеялся Алексей.

Развернувшись, он шлепнул ее коня плеткой по крупу. — Потерпеть еще потерплю, если опять не соврешь!

Разгоряченные скачкой лошади сами остановились на берегу небольшого озера, густо заросшего аиром и камышом.

Привязали лошадей к кусту.