Красные камни Белого

Главный покажет себя в самый последний миг, перед тем, как…

– Задумался, урод? Ну, на тебе еще!

Удар.

– Недолго тебе осталось, гадина.

«Так что же ты медлишь, психопат?»"

"Они в комнате… Нет, они в каюте – кто будет делать в комнате круглые иллюминаторы? Они в каюте цеппеля. Прямо перед глазами – придвинутый к стене стол, слева виден кусок шкафа, а справа – довольно широкая койка, на которой лежит человек со сломанной шеей. Стюард. Не вовремя зашел проведать богатого пассажира и получил перелом шеи. Тихая, почти бесшумная, а главное – совсем не грязная смерть. Нет крови, нет выделений, ничего нет. Хрустнуло что-то, и человека нет. Лежит теперь на койке богатого пассажира, вывернув голову под неестественным углом. А богатый пассажир веселится в кресле. Руки скованы наручниками, лицо разбито…

– Дай ему еще! – распорядился главный.

– Охотно.

Удар. Тихий смешок.

– Ты нам все испортил, сволочь!

– Переживете.

«Это сказал я?»

Голос какой-то странный: хриплый, срывающийся, такое ощущение, что чужой голос… Но палачи разъярились.

«Значит, это сказал я. Молодец».

– Он еще огрызается!

Удар.

Кровь.

И гудение.

«Гудение… гудение… – Голова тяжелая, соображает медленно, нехотя. – Гудение… Это, наверное, сирена. Просто слышно ее плохо. Меня крепко избили, и завывание сирены кажется мне гудением… А сирена… Сирена – это Пустота».

Пустота.

Цеппель едва заметно дрожит, реагируя на включение первого контура астринга. Скоро астролог наведет машину на Сферу Шкуровича, запустит второй контур, и цеппель втянет в переход. В стремящееся Ничто, наполненное Пустотой и Знаками. Будет передышка…

Нет.

Палачи, как оказалось, ждали перехода.

– Отличная новость, ребята: мы в Пустоте!

– Мало повеселились!

– Тебе бы все убивать.

– Как раз наоборот: я жалею, что придется его убить.

– Пусти слезу на прощание, Том.

– Лучше я ему врежу.

Удар.

– Кулаки не испортил?

Голоса палачей становятся невнятными. Все правильно – Пустота. Даже без Знаков она давит на людей.

– Шевелитесь, болтуны! Переход не вечный.

– Типун тебе на язык!

– Сглазишь ведь!

– Какие вы, оказывается, нервные.

И вновь – подлый смешок.

Палачи мнутся, им стыдно, что главный уличил их в трусости.

– Шевелитесь!

Тот громила, что стоял слева, лезет на стол и начинает возиться с иллюминатором. Второй стаскивает с кровати труп стюарда, но останавливается, с сомнением смотрит на иллюминатор, после чего уточняет:

– Нас в него не вытянет?

– Не будь кретином.

– Я просто так спросил.

– Шевелитесь! – в третий раз приказывает главный. – Нужно успеть до прихода Знаков.

Сидящий на столе громила наконец-то распахивает иллюминатор, соединяя каюту с Пустотой, и главный тут же открывает баллон с кислородом, пытаясь хоть как-то компенсировать уходящий воздух.