Белое солнце дознавателей

Тот, гневно сгреб кольцо со стола обратно и умчался, пихнув меня по пути второй раз.

– Итак… лядь Блау или младший целитель?

Я прижала стопку поношенных вещей и откровенно дерьмовых артефактов к груди, набрала воздуха, чтобы послать всё к псакам, как вдали загрохотало и громыхнуло так, что еле удержалась на ногах.

– Старик! – дверь, или то, что у этого недоразумения, именуемого палаткой являлось дверью, просто снесло в сторону. – Левый фланг смяли! Там не осталось магов, целая дивизия, мать вашу! Тащи свою задницу! Нужны сани, перебрасываем туда целителей! Целитель? – это было брошено уже мне, пока я осоловело хлопала глазами. – Целитель! Пойдешь со мной, они просили любые руки…

…

Раненые всё прибывали. Я сбилась на третьем десятке. Сложенные рядами прямо на снегу, вдоль лагерной линии, под защитным куполом. Меня поставили на «сортировку» – не спрашивая, мои робкие возражения о том, что в Академии нам говорили четко – эту ответственную работу должны выполнять только Мастера, один из Старших целителей отмел взмахом руки – нет людей.

Стукнул по новенькому значку на лацкане, и крикнул кого-то из другой палатки:

– Сакрорум, объясни девочке, и быстро обратно в операционную!

Долговязый горец смотрел на меня с неприязнью, цедя слова через губу.

– Сортируешь. Плетения учили? Метки: зеленая, красная, черная. Зеленая – может ждать, красная – немедленная помощь, черная – нет смысла тратить время. Покажи!

Я послушно выплела все три базовых целительских метки.

– Вперед! Приду проверю!

И я осталась одна, перед рядом раненных, которых сложили прямо на снегу, не подложив даже элементарных подстилок, не накрыв куполом тепла.

– Варвары, – прошептала я тихо, осторожно выбирая куда наступить – всюду была кровь. Плетения я кидала бодро – диагностика – метка, диагностика – метка. За моей спиной вся линия светилась прохладной зеленью и ярко-красным.

Первый «потенциальный черный» мне попался во втором ряду. И без диагностики было понятно, что вытащить будет крайне сложно, но по штатному расписанию на эту дивизию положено десять целителей.

– Сира, – глаза раненого лихорадочно блестели. – Красную, сира, умоляю ради Великого… у меня семья, дети…. Без меня умрут все… Мне нельзя «черную», сира… умоляю…

Я колебалась не дольше мгновения, размяла пальцы и решительно выплела «красные плетения», наложив маячок сверху.

Псаков горец вернулся, когда я почти управилась – мне оставалось всего пара человек.

– Почему так долго? Сейчас будет вторая волна, они зажали сразу две диви… Где «черные» метки? – проорал он в голос.

Я пожала плечами, погладив значок целителя.

– Очевидно, если «черных» нет, все случаи попадают под…

– Дура! – горец отвесил мне такой крепкий подзатыльник, что слезы брызнули из глаз.