Белое на голубом

Из коридорчика появилась прекраснейшая в мире девушка, яркие волосы которой, казалось, светились в темноте. Так, во всяком случае, этот момент всегда потом вспоминался Ширасу. Шагнула ему навстречу и, глядя в его глаза, прошептала:

- Ты вернулся. Не солгал...

Он взял ее руки в свои и только собрался ответить, как во двор таверны стали вбегать стражники.

Ширас среагировал мгновенно. Толкнул девушку за спину, одновременно выхватывая саблю, и шепнул Денизе:

- У старого причала меня будут ждать, уходите с ними. Уходите быстро! Поняла!

Денизе не надо было повторять дважды, она схватила Фелиду, которая все порывалась метнуться к Ширасу, юркнула куда-то между мелких дворовых построек, крича во все горло:

- Тимоте, уходим!

А сам Ширас в это время ожесточенно рубился со стражниками, которых становилось все больше и больше. И, в конце концов, они его взяли, но, слава Богу, он дал время женщинам спастись. Узнав в нем того самого чужестранца, за которым велела следить государыня, стража тут же отправила его в одиночную камеру в застенке. Надо сказать, это была честь, потому что застенок был переполнен.

Ночью старая кухарка портовой таверны Дениза вместе с Фелидой и Тимотэ были уже в фиордах. Фелида крепилась, но слезы текли у нее из глаз от страха за судьбу чужестранца, который каким-то образом успел врасти в ее сердце. Дениза смотрела на это, смотрела, а потом со вздохом сказала:

- Не плачь, дочка. Мы его вытащим. Раз уж этот черномазый так тебе дорог. Ну, будут у меня черномазенькие внучатки... Э-хе-хе... Что ж поделаешь.

Фелида улыбнулась сквозь слезы, а у старухи созрел план. Она помяла пухлой рукой щеку, прикидывая, все ли верно придумала, а потом пошла к Джулиусу.

***

Когда проситель, тот колдун, ушел, Алексиор еще долго стоял в расселине, прижавшись спиной к скале. Не хотелось открывать глаза.

- Что мне теперь делать с тем, что я узнал?

Вопрос был к собственной совести, но ответил на него голос из глубины сознания. Голос Астериона.

- Это как тайна исповеди. Ты должен помолиться и забыть об этом. Потому что дальше воля Создателя.

- Но как?! Как?! Тебе хорошо говорить! Ты дракон! А я же человек, как я смогу все забыть и просто жить дальше?! Это ведь касается моей страны! Моей!

В ответ пришла грустная усмешка.

- В эту страну я вложил часть своей души. Думаешь, мне безразлично? И столько лет выслушивал просителей просто от нечего делать?

- Прости. Прости. Мне просто тяжело справиться...

- Это ничего, это пройдет. Ты сможешь принять верное решение.

- Ну хоть подскажи! Как мне его принять?

- Вспомни, что он отдал, чем готов пожертвовать?

- Да... Да... Хорошо. Я, кажется, понял.

Алексиор несколько раз глубоко вздохнул, потом открыл глаза и... Нет. Это даже не облеклось в слова, это было нечто неизреченное, но имевшее смысл.