Бедная Настя. Книга 3. В поисках счастья

— Весьма любезно с вашей стороны, Анна, так заботиться обо мне, — кивнул Александр, — но я очень не люблю, когда в мужское дело вмешиваются женщины.

— Сегодняшним происшествием вы уже доказали, что бывает, когда мужчины сами ведут свои дела, — с легким укором ответила Анна.

— Вы правы, правы, — отмахнулся Александр, — но все же не стоит опекать меня, словно я маленький. Рана заживет, и все будет отлично… Корф, наконец-то! Где вы бродили столько времени?

— Как сквозь землю провалились, сбежали, мерзавцы, — недовольно буркнул Корф. — Как ваша рука?

— Все в порядке. Врач сказал — царапина, заживет. Барон, мне очень жаль, что так все вышло. Право, очень жаль.

— Это, господа, впредь вам наука, — не преминул вставить свое поучение Репнин. — Больше не будете ходить по злачным местам и во всем постараетесь вести себя осторожнее.

— О да! — в пьяном раздражении воскликнул Корф. — Явился поручик Репнин и навел в доме порядок. Что бы мы без тебя делали?

— Не ссорьтесь, господа, — прервал их перебранку Александр. — Все уже произошло. Вы можете оставить меня здесь, наедине с книгами. Надеюсь, они не стреляют в наследников престола.

— Прекрасно, — кивнул Репнин, — нам всем следует отдохнуть.

— Что-то и меня в сон потянуло, — признался Корф.

— Пить надо меньше, — поддел его неугомонный Репнин.

— А знаешь!.. — было потянулся к нему Корф.

— Господа! — тревожно воскликнула Анна. — Вам и вправду следует разойтись и хорошенько выспаться.

— Держу пари, — рассмеялся Корф, — что мне всю ночь будут сниться цыгане.

— Лучше бы цыганки, — улыбнулся Александр.

— Так точно, — козырнул Корф и покосился на Анну, неодобрительно смотревшую на веселую мужскую компанию. — Не грустите, Анечка! Завтра я протрезвею и еще раз попрошу у вас прощения.

Анна грустно покачала головой, Репнин нахмурился — он так и не смог принять этой солдатской фамильярности Корфа по отношению к прекрасному полу.

Убедившись, что бузотеры разошлись по своим комнатам, Анна тоже поднялась к себе.

Произошедшее немного расстроило ее — Анне на минуту показалось, что в облике ввалившегося в гостиную после лесной облавы Корфа опять промелькнул болезненно неприятный для нее образ. Нет-нет, она не считала его пай-мальчиком, но отчаянный гуляка и бретер представлял угрозу для того мира, который она уже представила себе, возвращаясь из Петербурга, и Владимир дал ей надежду, что этот сон вполне может стать реальностью.

А еще эта Калиновская!.. Анна понимала, что Корф всего лишь следует стремлению помочь цесаревичу, но тон, с которым Ольга разговаривала с ним, ее поведение заставляли подозревать появление у нее интереса к самому Корфу. Не как к покровителю ее дел, а как к мужчине, который и раздражал, и притягивал ее.