Бедная Настя. Книга 3. В поисках счастья

— Упрямый вы человек, князь, и ужасно скучный, — обиделся Александр.

— Мишель сегодня не в духе, — покосился на друга Корф. — А я, пожалуй, выпью.

— Вот и отлично, — кивнул Александр и, поднявшись, провозгласил на весь трактир, — за вольный ветер!

— Уррра! — закричали пьяные голоса в трактире.

— Браво, — Корф поднял свою стопку, — с удовольствием выпью за вольный ветер. Мне его всегда не хватало, особенно в Петропавловске.

— Барон, кто старое помянет, тому глаз вон, — улыбнулся Александр и быстро выпил.

— Расплатиться не желаете, господин хороший? — один из рассматривавших Александра цыган неожиданно подошел к их столу и уставился на цесаревича.

— Ты, верно, ошибся, братец, — поднялся ему навстречу Репнин.

— Да я его и на том свете узнаю, — грозно сказал Червоный. — Прятался он у нас со своей кралей.

— Пошел вон отсюда! — недобрым тоном велел цыгану Корф.

— Из-за тебя меня чуть не убили!

— Вы простите его, господа хорошие, — одноглазый цыган попытался увести брата от их стола. — Пострадал человек по своей жадности, теперь болен, сам не знает, что говорит.

— Не мешай мне! — вскричал Червоный. — Они нас за людей не считают.

— Для человека — ты слишком пьян и нахален, — зло бросил ему Корф, тоже поднимаясь из-за стола.

— Постойте, барон, — остановил его Александр. — Я помню этого цыгана. Вот, пусть возьмет, что заслужил.

— Три монеты? — побагровел Червоный, глядя на брошенные на стол Александром деньги. — Так вот значит, как вы мою жизнь цените?!

— А ты что же думал? — кивнул Репнин. — Ждал, что тебе золотых гор отвалят?

— Еще можно розог добавить, — недобро усмехнулся Корф, — тогда, наверное, в самый раз будет.

— Не распаляйся, брат… — Одноглазый потянул Червоного от стола. — В синяках твоих этот барин не виноват. Сам ты из-за жадности своей под жандармов попал.

— Из-за него все, — кричал Червоный, пока брат тащил его назад. — Из-за него, клянусь кровью отца…

Репнин еще какое-то время наблюдал за ними, но потом ему показалось, что одноглазому цыгану удалось утихомирить своего брата, и он повернулся к друзьям, весело пропускавшим уже не первую стопку. Наследник был весел и совершенно равнодушен к набегу цыган.

— Давайте выпьем, господа! — приглашал он Репнина. — Мы пришли сюда веселиться!

— Как бы нам это веселье боком не вышло, — нахмурился Репнин.

— Бросьте, Михаил, — отмахнулся от него Александр. — Берите пример с сестры — она в любой ситуации не унывает. Теперь ваша очередь, Корф, произносить тост.

— Господа! — игриво сказал Владимир. — Я не виртуоз по части красивых слов…

— Да-да, — кивнул Репнин, — некрасивые у тебя лучше получаются.

— Не придирайтесь, князь, — подмигнул Репнину Александр.