Беатрис

Чарли зашла в Инстаграм и поискала ее имя. У Фриды имелся открытый профиль и тысяча шестьсот девяносто подписчиков. Последним было выложено селфи, снятое несколько дней назад. Вода и солнце на заднем плане. Фрида смотрит в объектив ясными голубыми глазами. Выглядит она моложе своих тридцати четырех лет. Кожа безупречная, щеки розовые, волосы блестящие. Чарли прокрутила дальше. На остальных фотографиях почти без исключения была малышка Беатрис, а тексты под фото казались более изысканными, чем обычно. Никаких «я люблю тебя как до луны и обратно» или «на прогулке с моей…» и эмоджи в виде сердечка, вместо этого — строки из известных стихотворений. Взгляд Чарли задержался на посте с улыбающейся во весь ротик Беатрис на весеннем солнышке. «Ибо ты — свет!»[2]

Она прокручивала назад, до 11 июля 2017 года. Крошечный тючок в коляске. «Мне ждать пришлось миллионы лет…»[3]

Казалось, Фрида Пальмгрен полностью поглощена дочерью — по крайней мере, если судить по фотографиям. «Впрочем, избитая истина — что фото в Инстаграме всего лишь фасад», — подумала Чарли. Вернувшись в поле поиска, она забила туда имя Густава Пальмгрена.

Зато здесь ссылок оказалось огромное количество. Первое, что высветилось, — это информация о его портфелях акций в различных компаниях и сведения о его участке (больше, чем у соседей), за кого голосуют жители его района (за правых), а затем последовали статьи о жителях Вермланда, вернувшихся в родные места. Тут красовалось фото Густава под руку с коллегой — оба радостно улыбающиеся, в элегантных костюмах.

«Они создали в России сайт купли-продажи», — возвещал заголовок, а в первых строках говорилось о крупной сделке в Москве.

Чарли прочла Андерсу вслух все интервью — сплошные восхваления. Предприимчивость, мужество и миллиарды.

— Ничего не понимаю, — пробормотала Чарли. — Расскажи мне, как можно разбогатеть, скопировав то, что уже есть? В смысле — такой сайт уже наверняка существовал.

— Понятия не имею, — ответил Андерс. — Но, если исходить из того, за сколько они продали свой сайт, видимо, он был лучше, чем другие. Наверное, они приспособились к российскому рынку и добились успеха.

В следующей статье, на которую кликнула Чарли, обнаружилось более серьезное интервью с Густавом, где он размышлял над тем, что такое путь к вершине. Дочитав до конца, она вернулась к поиску и кликнула на то, что привлекло ее внимание.

— Что он имеет в виду, когда говорит «путь к вершине»? — спросила она.

— Что? — переспросил Андерс.

— Я только что читала интервью с ним, где он рассказывает о долгом пути к вершине и… короче, у меня сложилось впечатление, что он с самого начала находился достаточно высоко.

Чарли снова глянула на снимок. Там были изображены три мальчика в плавках на фоне озера.