Беатрис

 — Ты самый сильный человек из всех, кого я знаю.

— Все остальные, кого ты знаешь, более или менее сумасшедшие, — усмехнулась я.

— Что верно, то верно, — ответил Юнас и улыбнулся. — Так когда ты вернешься?

— Точно не знаю.

— Ты сообщишь мне? В смысле, когда выйдешь?

Я кивнула и почувствовала, что так и сделаю.

Четыре часа спустя мы ушли с вечеринки. Я сказала Лу, что никто из нас не в состоянии вести машину до «Чудного мгновения», мы слишком перепились. Наше дело плохо. Франс составит заявление в полицию и…

— Франс побоится на нас нажаловаться, ты же сама понимаешь, — сказала Лу. Но почему мы должны спать в машине, недоумевала она, если мы можем вернуться в магаз?

Я вспомнила обо всем том, что случилось со мной, когда я отключалась в магазе, и сказала, что знаю местечко получше.

35

Они снова похоронили кошку — положили деревянный ящик в яму и засыпали землей.

— Ничего не нашли, да? — произнес знакомый голос со стороны веранды, когда они пошли к машине.

Чарли подняла глаза. Это был Давид Юландер. Он стоял рядом с Фридой, держа в руке чашку чая, которую протягивал ей. Стало быть, она уже проснулась.

— Давид, — сказала Чарли. — Нам нужно поговорить с Фридой наедине.

Давид снова зашел в дом, а Чарли сделала знак Грегеру держаться в сторонке.

— Фрида… — начала Чарли. Она прервала себя и указала на мебель из ротанга на веранде. — Мы можем сесть? Я должна задать тебе трудный вопрос.

Они сели, и Фрида натянула на себя плед. Чарли собралась с духом и продолжала:

— Фрида, случалось ли, что ты… трясла Беатрис?

Фрида не ответила. Она смотрела на крыльцо, откуда пятью днями ранее пропала ее дочь. Или она знает, где дочь? Где-то в саду? Или в воде?

— Фрида! — окликнула Чарли. — Скажи что-нибудь.

Фрида уронила чашку на каменный пол. Та разлетелась на множество осколков, но Фрида даже их не заметила.

— Фрида! — снова окликнула ее Чарли. — Ты в порядке?

Фрида покачала головой.

— Давит… — прошептала она, приложив руку к голове, потом к груди. — Очень… больно.

— Постарайся дышать спокойнее, — посоветовала Чарли, слыша, что дыхание у Фриды стало поверхностным.

— Не могу, — проговорила Фрида. — Не могу вдохнуть.

Чарли позвала Грегера.

— Позови Густава. Быстро.

В ту же минуту на лестнице появились Густав и Шарлотта. Густав начал говорить что-то про осквернение могилы, но осекся, когда увидел, что Фрида задыхается.

— Что происходит? — спросил он.

— Полагаю, нам надо срочно везти ее в больницу, — ответила Чарли.

— Я поеду с ней, — сказала Шарлотта.

Чарли взглянула на Густава — похоже, он считал совершенно естественным, что с его женой поедет Шарлотта, а не он.

Фрида по-прежнему тяжело дышала, когда они сели в машину.