Батальон, к бою!

– Афанасьев! Афанасьев, морда ты рыжая! – выкрикнул он резко. – Ну и где тебя вечно носит, когда ты вот здесь мне нужен?!

– Дык я же тут, ваше высокоблагородие… – подскочив, начал тот сразу оправдываться.

– Не перебивать, когда господа офицеры говорят! – рявкнул в сердцах Егоров. – Сколько у тебя безоболочных зарядов всего в запасе имеется?

– Так пять же, господин майор, – ответил тот, пожимая плечами. – Я ведь вам давеча сам об этом докладывал!

– А если вдруг хорошо поискать? – с каким-то хищным прищуром спросил его командир.

– Ну, так-то, конечно, еще парочку найду, – прикинул тот. – Только вот разрядить их сначала нужно, чтобы никого картечинами не побило.

– Учти, Афанасьев, у тебя есть полчаса времени на все, чтобы эти фугасы надежно установить. Видишь, вон уже светать начинает, и поле становится видно. – Подполковник обвел рукой открывающиеся с вала окрестности. – Только смотри у меня, Василий, чтобы никого из наступающих не побило! Лично мы с тобою за это ответим!

– Есть за полчаса фугасы установить! – радостно воскликнул тот. – Все будет хорошо, Алексей Петрович, вы только не волнуйтесь! – и, резко развернувшись, унтер побежал к своей команде.

– Да я и не волнуюсь уже, теперь-то чего уже волноваться, и так вон как хорошо отличились, – кивнул он на три связанные и прислоненные к брустверу фигуры гвардейцев.

* * *– Алексей, свита отъехала от дворца, совсем скоро она будет уже здесь, как только все рассядутся на трибунах и на помостах, так все сразу и начнется. У вас тут все готово? А это что такое? – Кутузов с удивлением оглядывал связанных преображенцев.

– Дэк для меня, ваше превосходительство, маневры ведь уже затемно начались, – зевнув, с нарочитым спокойствием ответил генералу Лешка. – Вон, мои дозорные уже и шведский пикет захватили. Те в ночи подходы к речке караулили, по диспозиции ведь брод за шведами был? Ну вот, егеря сюда их и приволокли. А куда, в штаб, что ли, их тащить? Так что у нас, ваше превосходительство, уже есть три пленных.

– Развяжите их, – распорядился генерал. – Я забираю пленных условного противника с собой.

– Ваше превосходительство! – как только ему вытащили кляп изо рта, начал визжать капрал. – Нужно немедленно арестовать всех тех, кто причастен к нападению на караул!

– Смирно! – гаркнул Кутузов. – Ты что это себе позволяешь, стервец? Указывать генералу будешь, как ему поступать? Да ты кто таков?! А ну отвечать!

– Капрал второго батальона третьей роты лейб-гвардии Преображенского полка Ряшкин Ефим, – захлопав глазами, начал вытягиваться во фрунт гвардеец. – Так мы в карауле были, ваше превосходительство, а они мимо нас, а мы им: куды прете? А они нас в оборот! – начал сбивчиво объяснять преображенец.