Бастард императора

– Вы опытный переговорщик. – Андрей вновь оценивающе посмотрел на баронессу. Ладная спортивная фигура, великолепная грудь, ослепительные волосы рыжего цвета. Увиденное вполне устраивало Саломатина.

– Мне кажется у вас на устах вопрос: «Как я смогла выдержать давление императора, его детей и не подчиниться их воле?»

– И как? – Андрей попробовал отвести взгляд от груди баронессы, но понял, что ее колыхание волнует его мужское начало.

– Авария в детстве. Ударилась головой. С тех пор я не восприимчива к вашему внушению.

– Значит, договоримся. – Андрей мило улыбнулся.

– Слово?

– Слово. Детали обговорите без меня. Так сказать, поделите тело. Тиграна, идем. – Андрей подхватил под ручку своего секретаря и удалился с чувством выполненного долга.

– Вот Андрей дает, – пробормотала Тиффани, тоже оценивающе осматривая баронессу. Та приняла вызов. – Значит, ребенка хочешь, а не слипнется от желания?

– А ты думаешь, что она переспала с императором и двумя его сыновьями ради пополнения коллекции венценосных особ? – Медея засмеялась. – Вот поэтому Андрей и свалил, не захотел слушать наши намечающиеся склоки.

– Сами расскажем потом. – Тиффани вздохнула. Тяжко сознавать, но с этой заносчивой баронессой придется договариваться. Пусть даже такой ценой. Раз ее девочкам можно, то почему же нельзя и этой породистой сучке.

* * *– Я убью Шона. Если увижу, – один из четверки профессиональных инженеров-горнодобытчиков сказал эту фразу сквозь зубы и попробовал затем вдохнуть ледяной воздух новой планеты. Ноздри слиплись и получилось это не сразу. Разумеется, соглашаясь на такую авантюру – наладить горнодобывающее оборудование в богом забытом уголке вселенной в далеком протекторате Массавия, они понимали, во что ввязываются. Однако, очевидно, не до конца.

На их кризисной Морлере, в Империи, где из тридцати восьми гигантских обогатительных комплексов на плаву осталось всего восемь, заработка не было совсем. И поэтому подрядчик – авантюрист Шон Василевски уговорил их наладить бизнес на далекой планете, не имевшей даже названия в международном реестре. Был только номер и самоназвание «Гиблая». По бумагам затея выглядела достаточно просто. Но вот в действительности для Марка, Димитрия, Амира и Леона все оказалось запутанным до невозможности."

"Местного колорита они хлебнули, едва вышли из здания космопорта и среди встречающих не обнаружили никакого Шона. Вместо него скромно мерцала голографическая виртуальная табличка с надписью «Шон Василевски» в руках какого-то худенького местного мужика. От него пахло крепким алкоголем и непередаваемым натуральным запахом всего. Для людей, проживших большую часть жизни среди искусственных, синтетических вещей, это было откровением.