Игра не для слабых: Загадка башни

Там достаточно… Этого должно хватить… — он начал нервно всхлипывать и давиться словами. Я стоял неподвижно, сверля его холодным, ничего не выражающим взглядом. Эмоций не было. Они остались где-то там… В далёком прошлом. На их место пришла холодная решимость, прокручивавшая у меня в голове одну-единственную фразу: «Дело надо закончить».

Я посмотрел на конвоиров и молча кивнул им на плаху. Те поняли меня без лишних слов. Подволокли парня и уложили его грудью на пень. Для верности один из бойцов придавил ему спину подошвой своего сапога. Чтобы приговорённый не дёргался и не пытался сорвать процесс.

Я вытащил из ножен меч. Ещё раз обвёл взглядом своих бойцов. И повернулся к пленнику.

— Йонтек из Валенхайма. Мы приняли тебя в отряд. Мы дали тебе кровь и делили с тобой хлеб. Мы прикрыли твою спину, когда законники девяти башен начали тобой интересоваться. Ты же ответил нам предательством. Бросил своих братьев умирать на поле боя. Позорно сбежал, надеясь сохранить свою шкуру. Ты просил о пощаде. Просил отпустить тебя. Но мы не прощаем предателей. Я, сир Генри Отважный, выношу тебе смертный приговор.

Пленник заскулил от страха. Дёрнулся. Раз. Другой. Третий. Попытался упасть с плахи и откатиться в сторону. Но парни держали крепко.

Я отошёл назад. Поднял над головой меч, схватившись за рукоять обеими руками. На несколько секунд задержался, затем выдохнул и рванул лезвие вниз. Брызнула кровь. Послышался хруст разрываемой плоти. Лезвие бастарда вошло в шею на треть, застряв в позвонке. Пленник заорал от боли и страха.

Я рванул меч вверх. На мгновение замер, пытаясь унять дрожь в руках и прицелиться поточнее. Затем ударил снова. Послышался хруст ломаемых позвонков. Крик сменился невнятным горловым бульканьем. В грязную лужу перед плахой заструилась вязкая, тёмно-алая кровь.

Снова вверх. Выдох. Удар. Сталь с хрустом разорвала остатки плоти. Отрубленная голова ударилась об пень, повиснув на лоскуте кожи. Из перерубленной шеи толчками выплёскивалась дымящаяся на холоде кровь. Дело было сделано."

"Я шумно выдохнул. Сунул окровавленный клинок в ножны. Несколько секунд помедлил, а затем со всей силы ударил уже мёртвого пленника подошвой сапога в висок. Послышался влажный треск разрываемой кожи. Голова мотнулась в сторону, отделилась от тела и шлёпнулась в лужу крови, перемешавшуюся с грязью. Безвольно обмякшее тело так и осталось лежать грудью на плахе.

Я повернулся к своему отряду. Поймал на себе разочарованный взгляд Тура. Испуганный — Роберта. Взволнованный — Айлин. И одобрительный от Бернарда. Мрачно ухмыльнулся и нарушил, разлившееся в воздухе молчание.

— Я надеюсь, что мне никогда не придётся делать этого вновь, — голос всё ещё был холодный и отчуждённый, но слова давались уже легко.