Трудовые будни барышни-попаданки 5

Его взгляды метались по гостиной, и на один миг я даже предположила, что в его портфеле есть резервный указ о моем аресте и принудительной доставке.

Все же для таких поручений подбирают людей с выдержкой. Полковник справился с собой и лишь выдал:

— Я все же надеюсь…

— Господин полковник, — с доброй улыбкой сообщила я, — если я правильно понимаю, у вас нет полномочий изъять меня из имения и доставить принудительно? Если так, вы достойно исполнили ваш долг, о чем и можете известить ее императорское величество. Я пойму вас и если вы немедленно отбудете в Санкт-Петербург с письмом от меня на высочайшее имя, и если составите нам компанию в путешествии.

— Мне предпочтителен второй вариант, — без раздумья произнес полковник. И я расслышала деликатно не произнесенные слова: «Мне велено без вас не возвращаться».

— Вот и отлично. Мы отправимся в путь завтра утром. Можно призвать прислугу, чтобы она обустроила ваш ночлег?

Полковник кивнул.

— Ох, смела ты, Мушка: дергать царицу за ушко, — шепнул супруг.

— А нефиг было нас из Питера выпинывать, — шепнула я.

И мы улыбнулись.

* * *Совсем уж наглеть не следовало. Мы отбыли не просто утром, а до рассвета. Детишки, услышав новость, проявили такой энтузиазм, что чуть сами не помчались собирать багаж и запрягать лошадей.

Я окоротила детский порыв, дала Лизе, Сашке и даже Алеше посильные задания. Сама же занялась гостеприимством. И господин полковник, и менее статусные посланцы Аракчеева были угощены, конечно же с соблюдением писаных и неписаных субординаций.

Долгая нервная дорога не способствует алкостойкости. Гости оказались разговорчивее, чем хотели сами. Так муж выяснил у сомнительного ротмистра, что тот имел инструкцию увезти меня без согласия, но отказался от намерения. Миша похвалил его за благоразумие и посоветовал добиваться отставки:

— Ваше подразделение не относится ни к армии, ни к полиции. Поэтому охота за беглыми, которой вы занимаетесь, незаконна и возможна лишь при условии покровительства известного лица, а такое покровительство бесконечным быть не может.

Подвыпивший собеседник согласно вздохнул. И поведал некоторые подробности гибели Минкиной. Свою версию, почти не отличавшуюся от сказанного Штерном, я услышала и от полковника.

Ну а о самой важной новости сентября я спросила для проформы. Да, увы, как и должно быть: в первый день осени Александр Палыч покинул Санкт-Петербург. Еще не зная, что навсегда.

* * *"

"Выехали рано, ехали так быстро, как только можно в такой компании: четыре экипажа плюс непрошеное, но неизбежное верховое сопровождение от безутешного графа Аракчеева. В трех экипажах ехали мы, четвертый — тройка полковника Воронского. Маршрут проложили через Нижний Новгород, там я дала распоряжение насчет пароходов.