Невестка слепого барона

Именно поэтому, уже после отъезда гостей, я полюбопытствовала у барона, и выяснилось, что мои подозрения были абсолютно правильными:

-- Северные земли раньше всего лет двадцать назад, принадлежали другой стране, – барон говорил задумчиво, как бы вспоминая. – Тогда, после войны, король этими землями награждал тех, кто в боях отличился. Конечно, местным не сильно нравилось присутствие чужаков, и года через три даже восстание там было. Но сейчас уже все утряслось, и люди живут мирно. Но вера у них как была своя, так и осталась. Вроде и не сильно от нашей отличается, но священники между собой сварятся…

***

Ханс, как и обещал, вернулся. Правда, с момента его отъезда прошло почти тридцать дней. Агапа с каждым днем работала все хуже и хуже. Зная, что ее ждет увольнение, она пререкалась ежедневно, не забывая рассказывать, как все в доме рухнет, когда она вернется в деревню:"

"-- Мне-то что? У меня дочь вдовая: так только порадуется, что я ей подмогнуть смогу. А вы-то здеся все хозяйство запустите. Ни в жись мужик крупу перебирать не станет и полы вам намывать. А мне-то что! Я-то устроюсь всем на зависть.

Так что первой работой, которую должен был выполнить Ханс, стало проводить смертельно надоевшую мне тетку до деревни.

Перед тем, как отправить служанку, я еще раз тщательнейшим образом осмотрела все продуктовые запасы.

Прикинула, сколько уходит на четверых людей в неделю, оценила количество мешков с крупами и мукой. И решилась на небольшое транжирство: вернувшийся из деревни Ханс по моей просьбе привел с собой Нину.

– Благодарствую, госпожа Клэр. Век доброту вашу помнить буду!

Нина была бездетная вдова, живущая у женатого брата “из милости”. Невестка не забывала напоминать ей об этой самой “милости”: и к месту, и не к месту.

– Да нет, госпожа. Голодать не голодала я. А только иной раз обидно попреки-то зазряшные слухать. Рази ж моя вина, что коза в огород пробралась и капусту пожевала? Я и вовсе в то время в лес уходила по ягоды. А только завсегда любому разору в хозяйстве я виной.

Денег у меня было совсем немного. Тем более, что я еще изредка покупала хлеб к столу для свекрови. И я, и свекор спокойно обходились пресными лепешками, которые я готовила на сухой сковороде. Поскольку муку я тщательно просеивала, то и были эти лепешки гораздо воздушнее монастырского хлеба. Но раз теперь в доме было двое слуг, то одевать и кормить мне предстояло обоих. А денег, к сожалению, больше у меня не становилось.

В первые дни баронесса, воспользовавшись достаточно мягким характером Нины, пыталась заставить селянку обслуживать себя любимую. Это безобразие я быстренько пресекла. Не для того я рисковала деньгами, чтобы баловать противную бабу.