Князь Барятинский 7. Воины света

— И если бы я думал, что великому князю что-то угрожает, сделал бы это раньше, чем вы бы успели приблизились к нему, — пояснил я.

— Хм-м. Ну, допустим, — Витман убрал меч. — А украшение откуда? — он кивнул на магические наручники.

— Мера безопасности. Его высочество пребывали… несколько не в себе. В результате перепада настроения Его высочества нашему дому в Барятино снова требуется капитальный ремонт. Впрочем, вам уже доложили, полагаю. «Украшение» сейчас сниму.

Я вынул из кармана ключ. Наклонился к Борису и расстегнул наручники.

— Доложили, — кивнул Витман. — Могу я узнать, что происходит? — он недовольно покосился на дрыхнущего Вову, уставился на меня. — Почему вообще Его высочество находится здесь, а не…

— Потому что после того, как мы нейтрализовали Юнга, из наблюдающих цесаревича целителей в нашем распоряжении осталась Клавдия Тимофеевна, — объяснил я. — Самый сильный маг из тех, кто пользовал великого князя. Я подумал, что если кто-то и сможет хотя бы примерно понять, что с ним происходит, то этот кто-то — она.

— Понимание Клавдией Тимофеевной происходящего выглядело весьма своеобразно…

— Зато действенно, — буркнул я. — Эрнест Михайлович. Если вы надеетесь вогнать меня в краску — напрасно тратите силы.

— Да уж верю, — проворчал Витман. — Чем-чем, а смущением вас не пронять. Иной раз мне кажется, что это чувство вам вообще недоступно… Доложите обстановку, капитан Чейн. Что удалось выяснить?

Я доложил. Витман, слушая доклад, всё больше хмурился.

— Хотите сказать, что Юнг был здесь? Но как же он…

— Полагаю, дело в цесаревиче. Юнг знает его с рождения, изучил энергетические каналы вдоль и поперёк. Неудивительно, что до сих пор имеет над мальчишкой какую-то власть.

— И именно поэтому Тьма прорывается через тело цесаревича?

— Возможно. Хотя, полагаю, то, что в жилах великого князя течёт кровь Императора, то, что его отец владеет Изначальной магией — не менее весомый фактор.

— А сейчас, когда цесаревич окреп, Изначальная магия, вероятно, подчинится и ему, — задумчиво проговорил Витман.

Я пожал плечами:

— Вероятно. Кем я уж точно не являюсь, так это специалистом в области магических исследований. К тому же, в данный момент у нас с вами другая задача.

— Не допустить прорывы Тьмы, — сказал Витман.

— Именно.

— И что вы предлагаете?"

"— Пока не знаю, — честно сказал я. — Мы сумели понять, что Тьма прорывается, когда цесаревич злится. А разозлить его — легче лёгкого, Клавдия Тимофеевна объяснила, что виной тут не скверный характер, а сходящий с ума организм. Который, грубо говоря, сорвался с цепи. Перестройка гормональной системы, которая у других подростков занимает несколько лет, в данном случае свершилась в одночасье.