Князь Барятинский 7. Воины света

Проекция астрального тела дёрнулась и начала гаснуть. Рожа Юнга корчилась, изображения сменяли друг друга, словно взбесившийся калейдоскоп.

— Что? — уже не сдерживая ярость, крикнул я. — Кишка тонка — прорваться сюда⁈

Лупить по Юнгу магией я опасался — понятия не имел, как может отразиться мой удар на цесаревиче. Хотя соблазн был очень силён.

— Я желаю вам добра, Константин Александрович, — прошелестел затухающий голос Юнга.

Я расхохотался. Повторил:

— Добра⁈ Да ты знаешь, сколько раз я это слышал? С самого детства, все и всегда желали мне исключительно добра!

Я дожидался момента, когда астральная проекция цесаревича полностью опустится обратно в тело. И этот момент настал.

Я ударил. В удар вложил все оставшиеся силы.

Магия полыхнула так, что под потолком замигали лампы, а в окне лопнуло стекло. Юнг издал пронзительный поросячий визг. Мерзкая рожа над телом цесаревича превратилась в струйку тумана.

— Мы ещё встретимся, clochard, — ненавистно прошипел туман.

И развеялся. В следующую секунду я понял, что этой твари, чем бы она ни была, в смотровой большой нет.

— Костя… — Клавдия казалась до смерти напуганной. — Что это…

— Присядь, — я обнял её, отвёл на кушетку.

Клавдия дрожала. Когда я попытался отстраниться, не отпустила, потянулась ко мне. Я сел рядом, поцеловал её, пытаясь успокоить. Клавдия обняла меня за шею.

Рядом на кушетке похрапывал Вова. Но Клавдия его, кажется, не замечала — как бывало всегда, когда, потратив много сил, словно выпадала из реальности. Она села ко мне на колени.

Я слышал, что дежурная сестра в коридоре всполошилась, но в закрытую дверь смотровой никто не стучал. Персонал клиники был вышколен на славу. Без распоряжения Клавдия Тимофеевны, если она приказала не беспокоить, здесь и пальцем не шевельнут. Того, что в помещение кто-то ворвётся, можно было не опасаться. Да и в целом опасности я не чувствовал. Цесаревич жив-здоров, получивший по рогам враг отступил. На время, но отступил…

— Гхм.

Мы с Клавдией вздрогнули. За разбитым окном стоял Витман.

— Ах, — сказала Клавдия.

Вспыхнула до корней волос, всплеснула руками. Вспорхнула с моих колен и выбежала из смотровой — пройдя сквозь закрытую дверь.

— Прелестно, — прокомментировал Витман.

Одним махом, ухитрившись не задеть острые осколки стекла, торчащие из рамы, перепрыгнул подоконник.

— Его высочество? — он подошёл к лежащему на столе великому князю.

— В порядке, — буркнул я. — Жизни Его высочества ничто не угрожает.

— Да что вы говорите? А если бы я…

Я пожал плечами:

— Попробуйте.

Витман нехорошо прищурился. Мгновение — и в его руке появился меч.

На полмгновения позже, чем Бориса укрыл мой Щит.