Баран и жемчуг

– Боитесь, как бы леди Маргарет не выбрала меня в обход вашего братца?

– Вы мне просто понравились, добрый сэр, – ответила она и даже удручённо вздохнула. – Хорошего человека видно сразу, и если вы бедны, то у меня достаточно приданого, чтобы жить достойно и ни в чём не нуждаться.

– Значит, мне надо только согласиться? – уточнил Морис.

Она кивнула, прижав руки к груди, готовая тут же упасть в объятия – или куда там ещё надо будет падать.

– А что по поводу вашего предложения говорят ваши родители?"

"– Пока они ничего не знают, – быстро ответила Анабель. – Но я уверена, что они поддержат и благословят мой выбор.

– Не знают? – переспросил Морис.

– Нет, я пришла к вам по зову сердца, – сказала она и шагнула к нему навстречу, протягивая руки.

На объятия Морис не ответил и вместо того, чтобы шагнуть к невинной деве, следующей зову сердца, шагнул к двери и рывком открыл её.

Стоявший за порогом Эдмунд Дофо не удержал равновесия и чуть не упал, но Морис успел подхватить его, притиснув к себе до хруста в костях.

Эдмунд замычал от боли, а девица Анабель захлопала глазами, и на щеках её появились алые пятна. Если Морис хоть что-нибудь понимал, ей было немного стыдно.

– Родители, значит, в неведении, – сказал он, усаживая Эдмунда на стульчик и удерживая за плечо, чтобы не сбежал, – а старший братик греет ухо под дверью.

– Просто проходил мимо! – выпалил Эдмунд.

– Уж позвольте вам не поверить, – вежливо перебил его Морис. – Но вы тут кстати.

– Кстати? – осторожно спросил старший братец и подозрительно посмотрел из-под бровей.

– Мне надо отлучиться, – объяснил Морис, – а вы как раз посторожите мои вещи. За саблю, – он вскинул указательный палец, – отвечаете особо. Ну и прикроете меня, чтобы все думали, что я вроде как здесь… отдыхаю, – он посмотрел на Анабель и хмыкнул.

Та пошла красными пятнами, гордо вскинула голову и сказала:

– Не понимаю, о чём вы, но лучше мне уйти.

– Сидеть, – приказал Морис негромко, но таким тоном, что Анабель сразу присела на стульчик напротив и даже сложила руки на коленях. – Не заставляйте меня вас связывать, – посоветовал Морис, дружески похлопав Эдмунда по спине, отчего тот сгорбился и крякнул. – С моей стороны это было бы очень невежливо. А я ведь – добрый и благородный рыцарь, ага? – он подмигнул Анабель. – Сидите здесь до полуночи, потом можете разбрестись по постелям. И чтобы ни звука. Если потом узнаю, что вы вылезли отсюда раньше, будет вам то же, что Рубертуновским гадёнышам. Прилюдно вожжами по голому заду. И для леди исключения не сделаю.

– Как вы… смеете!.. – Анабель задохнулась от возмущения.

– Да ладно вам святую невинность разыгрывать, – отмахнулся Морис.