Баннерет

Лошадей они забрали. Трупы тоже. Но тёмные пятна, оставшиеся в засохшей грязи дороги, безошибочно говорили о том, что ещё совсем недавно здесь пролилась кровь.

Двигались медленно. Ополченцы не умели держать шаг, сбивались с него, и постоянно отставали. То и дело кто-то из них бегал в кусты справить малую нужду. Многих колотил мондраж. Моих ребят Бернард натаскал получше. Они уверенно держали строй, пытались даже чеканить шаг, да и по придорожным зарослям разбегаться не спешили. Чувствовали себя заметно увереннее, чем кметы, впервые за долгое время взявшие в руки оружие. В арьергарде (тылу) нашего небольшого войска неспешно ползли две телеги, нагруженные наспех сооруженными носилками, лекарствами и нехитрым хирургическим инструментом, который Вернон сумел сторговать у здешнего аптекаря. Нагруженные, по правде говоря — было сильно сказано. Всё барахло можно было спокойно утащить и в руках, однако никто не гарантировал нам, что после боя у нас не появятся тяжелораненые, которых иначе как на телеге, до деревни не довезёшь. На возах ехали Вернон, Айлин, Бьянка и несколько маркитанток, которых лекарь припахал помогать ему с перевязками.

Мы никуда не торопились. Шли по всем правилам, выслав в авангард и на фланги парные конные разъезды. Не хватало ещё попасть в засаду прямо на дороге и потерять половину людей до основного сражения. Возле Медовища уже наступали на эти грабли. Тогда, нас, правда «пожалели», так как хотели договориться, но сейчас был явно не тот случай.

Впрочем бандиты лезть на рожон не спешили. Лишь один раз разведчики увидели где-то вдалеке одинокую, закутанную в серый плащ фигуру, которая при их приближении тут же рванула в кусты и растворилась в лесной чаще. Куда скрылся наблюдатель, понять так и не получилось. Цепочка следов обрывалась возле ствола ближайшего дерева, однако одного взгляда было достаточно, чтобы понять, что в кроне никого нет.

— По веткам ушёл, сукин сын, — доложил мне дозорный, — Токмо, знай, его и видели.

— Человек? — поинтересовался Бернард.

— Да ктож его разберёт, — пожал плечами второй разведчик, — С виду вроде и человек, а двигался так, будто хищная кошка какая. Только дюже здоровая, с человека значица размером.

— А другие следы были? — спросил я, напряженно всматриваясь в лесную чащу. Восточный разъезд что-то долго не возвращался. Волноваться в общем-то было ещё рановато, но на душе уже понемногу начинали скрести кошки.

— Нет, командир. Токмо эти. Да и эти то признаться, какие-то странные. Как будто босой человек, понимаете, шёл. Без онучей или сапог. А мож то был и не человек вовсе, — пояснил разведчик.

— Ладно, двигаем дальше, — скомандовал я, — Если будем трястись из-за каждого шороха, мы и к утру до этих говнюков не дойдем.