Бандитский брудершафт

Около шестнадцати часов через служебный вход заявились шестеро уголовников. Они знали дорогу, пропетляли коридором, по-хозяйски зашли в «Шкатулку», расселись за длинным столом. Некоторых Васильков узнал. Среди новых гостей выделялся угрюмый и неулыбчивый мужик лет сорока восьми.

«Неужто пожаловал сам главарь?» — подумал Александр, хлопоча в небольшом зале.

Один из молодых бандитов прихрамывал, под его левой штаниной на щиколотке белела свежая бинтовая повязка.

Заказы они принимали вдвоем, опытный Семен — у возрастных гостей, Александр — у молодежи. Оба едва ли не бегом возвращались в «Шкатулку», тараня на подносах графины с охлажденной водкой и разнообразными закусками. Потом один дежурил в коридоре под дверью, так, на всякий случай, второй был на стреме у раздачи.

Под закуски разошлись три полулитровых графина водки на шестерых. Под первое блюдо, коим у большинства был московский рассольник, бандиты прикончили еще три. Вторые блюда у всех были разные. Водочка под них пошла размеренно, в удовольствие, с разговорами.

Васильков переставлял с подноса на стол горшочек с солянкой, порционного карася в сметане и тарелку с двумя расстегаями, когда главарь впервые подал голос.

— Чего там у Даниловского? — прожевав кусок мяса, спросил он непонятно у кого.

Возрастные мужики, сидевшие рядом с ним, перестали закусывать и вопросительно уставились на молодежь.

Крепенький парень лет двадцати трех спросил:

— У кого? Я не понял, о чем базар.

— О новой ювелирной лавке рядом с Даниловским погостом, шпана! — повысил голос татарин.

— Это в Духовском, что ли?! — догадался крепыш. — Были мы там, срисовали. Две длинные витрины с рыжьем и камушками. За ними две марушки, у входа легавый со стволом.

— Значит, резон есть? — прогудел главарь, выливая в большую рюмку остатки водки.

— А то! Там товару тысяч на сто! — азартно воскликнул верзила, которого тут уже дважды назвали Жигой. — Набьем золотом и камнями пару саквояжей и опять в берлогу подадимся.

— Не шустри, баламут, — одернул татарин.

Сорокалетний мужик со странным прозвищем Вофти-Тофти добавил:

— Мы только с кассой отскочили. Да еще с уголовкой в садах пободались. Куда нам? Так и влипнуть недолго.

— Вофти прав. Повременим, отлежимся, тогда и займемся, — сказал главарь, опрокинул в себя водку, отыскал взглядом официанта и приказал:

— Ну-ка притарань еще литр.

Прижав пустой поднос к груди, Александр топал по коридору к складу. Сердце его отбивало чечетку, грудь ходила ходуном. Он все еще переваривал услышанное и старался вспомнить значение некоторых мудреных словечек. Но это было второстепенно.

«Они говорили о золоте и бриллиантах.