Единственная для бандита

Есть лишь братья, но отношения у них всегда были не очень…

— Верно! — довольно восклицает дед. — Знаешь, что бывает, когда бросаешь кусок мяса своре голодных шавок? Они начинают грызться между собой, треплют кусок до тех пор, пока от него не остаётся ни-че-го. В этой схватке, Леон, не будет победителей! Вот увидишь, через три дня после похорон, они начнут пилить наследство и пойдут каждый против каждого!

— Через три дня?

— Если не раньше! — хмыкает дед.

— И ты считаешь, что вернуть Лину будет безопасно? — сомневаюсь я.

Едва подумав о том, что ей может угрожать опасность, испытываю непреодолимое желание защитить её. Закрыть собой. От всего. От всех… Моя bella!

— Неужели обман сойдёт мне с рук так просто, Алонзо? — допытываюсь до ответа, желая узнать мнение деда.

Он для меня авторитет. Старый хрыч, но закалённый и держится до сих пор. Все прочие старики в его возрасте доживают свои дни в домах престарелых или пускают слюни на тканевую салфетку, заткнутую за воротник их рубашки. Но мой дед не такой. Можно сказать, я горжусь им. Больше всех остальных. Его трепало жизнью немало раз и он с изяществом танцора уходил от самых жестоких стычек между влиятельными семьями.

— Росси будет не до тебя. Они кинутся стрелять друг в друга. Кто-то может и подумает о подлоге и обмане, но поверь, в тот момент у него найдутся дела посерьёзнее глупых разборок с нашей семьёй. Лина мертва. Точка. Мы её похоронили. Но ты… ты мог взять себе другую шлюшку, верно? — усмехается дед. — О да, ты мог! Определённо мог! И взял. Всё.

Я всё ещё не верю, что это может быть так просто.

— Я не буду торопиться. Я верну Лину, только когда буду уверен в её безопасности. Точка.

— Разумеется! — взгляд деда сыплет тёмными искрами. — Другого я от тебя и не ожидал, мой мальчик.

Я настораживаюсь. Дед редко хвалит меня, ещё реже обращается ко мне ласково. Неужели настал тот самый момент?"

"— Знаешь, почему я до сих пор не отошёл в сторону? — вырывает меня из раздумий голос деда. — Я думал, что отойду от дел. Ещё очень давно. Когда твой отец стал взрослым, я научил его всему, что знал. Надеялся увидеть в нём преемника. Но… наверняка в нём было много крови не моей, а той, что досталась ему от матери. Он не мог стать достойным наследником и занять моё место. Я не решился отдать ему в управление даже одну из наших фирм, не говоря уже о всём семейном бизнесе. Потом… Родился ты. И едва взглянув в твои глаза, я понял, что из тебя выйдет толк. Выйдет! — подчёркивает дед. — Но ещё не вышел, — кряхтит дед напоследок, опуская меня с небес на землю. — И твой ребёнок, Леон. Всегда смотри на мать. Потому в твоём наследнике будет течь и её кровь. Какой ты видишь эту русскую девчонку? Подумай…

— К чему эти слова, Алонзо?

— Ох, кому я сказал, что из тебя выйдет толк, а? — злится дед.