Бандеровский схрон

 – Заодно до ветра сбегаю."

"Вадим натянул штаны, в кармане которых болтался сотовый телефон, и побрел к двери, ориентируясь по лунному мерцанию. Он приоткрыл дверь, потянул носом. Запах какой-то неприятный. Овчинин переступил порог, нащупал на стене выключатель. Загорелась тусклая лампочка, единственная в трехрожковой люстре.

Он оцепенел от ужаса. Дыхание застряло в горле. Что за черт?! В просторной комнате жуткий беспорядок. Шкафы нараспашку, вещи раскиданы. В кухне, которую можно разглядеть через дальний дверной проем – то же самое. Словно ураган пронесся!

Посреди комнаты в неловкой искривленной позе лежала тетя Тася с перерезанным горлом. Стеклянные глаза. Седые волосы слиплись от крови, залившей пол. Словно восковая кукла, очень похожая на настоящую тетю Тасю.

Он стоял как истукан, боясь поверить своим глазам. Чересчур уж нереально, бред клинический!

– Вадим, что там? – спросила Кира.

Заскрипела кровать в спальне.

– Не выходи! – спохватился он, но поздно.

Кира уже вышла. Прозвучал пронзительный визг, у женщины подкосились ноги. Она сползла по стене, села на пол, ошарашенно уставилась на мертвое тело.

Вадим недолго пребывал в ступоре. Это же все по-настоящему! Он бросился к тете Тасе, рухнул на колени.

«Бесполезно щупать пульс – куда уж мертвее! Но теплая, значит, все случилось совсем недавно. – Мысли метались. – Возможно, в это время мы с Кирой возвращались с озера или только собирались это сделать. Вадим ничего не слышал и не видел, хотя от дома до озера рукой подать. Стена растительности, огороды, да и зона какая-то глухая у воды.

Преступники нас тоже не видели и не слышали. В доме их нет, на крыльце не таятся. Я бы почувствовал.

А ведь эти твари где-то недалеко, еще не уехали из села. Почему напали на пенсионерку? В чем смысл?!

Где мой пистолет? Черт, забыл взять с собой, оставил в родительском доме, под матрасом. Телефон при мне. Ключи от машины? Под солнцезащитным щитком в салоне».

– Вадим, что происходит? Почему?.. – На глаза Киры наворачивались слезы.

– Оставайся здесь! – приказал он. – Закройся в спальне и сиди там. Я скоро буду.

– Но, Вадим… – Она что-то мямлила, захлебывалась слезами.

Но он уже ракетой носился по дому. Влетел обратно в спальню, включил свет. Натянул рубашку – некогда застегивать. Втиснул ноги в кроссовки – тоже не до шнурков. Промчался через комнату, кухню, вывалился на веранду, оттуда на улицу. Фонарик не взял. Ладно, не возвращаться же.

«А правильно ли я делаю, оставляя женщину в одиночестве? – подумал капитан. – Но разорваться не получится.

Да, скорее всего, бандиты ушли, когда мы удалялись с озера. Шум мотора я не слышал. Ничего удивительного».

Он на мгновение застыл, прижавшись к стене дома, превратился в напряженный слух.