Банальная история, или Измена.ru

Да и что ей, замужней женщине, до мужского взгляда, пусть даже полного любви. Неизвестно еще, сколько этот взгляд будет ею полон!

– А ты все такая же… – опять сказал Забелин, когда они уселись друг против друга за столиком в его кухне.

– Да ну… – отозвалась Вера, вдруг сильно смутившись, потому что уже давно не ощущала себя той десятиклассницей, которой помнил ее Саша. Если Серебровскому ей хотелось продемонстрировать свою сорокапятилетнюю блистательность, то перед Забелиным она откровенно стыдилась утративших упругость щек, мелких морщинок у глаз, немолодых рук. Ей хотелось как-то прикрыться, спрятаться, чтобы Саша вдруг не разглядел все то, что резко отличало ее от школьницы. Но он продолжал улыбаться такой счастливой улыбкой, будто им по-прежнему было по семнадцать лет.

– Я правду говорю, – отозвался он. – Я тебя такой и помню… всю жизнь помнил…

Вера не могла ему ответить тем же. Она никогда не вспоминала его. А сейчас вдруг почувствовала острую вину за то, что игнорировала его в школе даже тогда, когда они уже по-дружески, всласть болтали вечерами по телефону. Одно дело телефонный треп, и совсем другое – прилюдное приятельство с не слишком популярным молодым человеком. Она – признанная красавица Вера Максимова, и он – длинный, неловкий и смешной Сашка Забелин казались ей несовместимыми в жизни! Тогда она никак не могла себе позволить продемонстрировать окружающим дружбу с ним.

– Прости меня… – сказала Вера и посмотрела на него повлажневшими глазами.

– Да ты что! – легким голосом отозвался он. – Это тебе спасибо! Ты подарила мне такое счастье! Любить – это же так прекрасно! Мне как-то… ну… с тех пор… больше и не приходилось…

Потом они говорили о разном. Вера спрашивала, Саша отвечал. Потом наоборот: он спрашивал, а она отвечала, но толком вникнуть в разговор Вера никак не могла. Ей мешал его взгляд. Не жесткий и раздевающий, который появился у Серебровского к концу их встречи, а теплый, светлый и будто прощающийся. Почему прощающийся? Понятно почему. Она женщина замужняя, и встречаться они больше не будут. Да, но как же ей жить теперь без этого взгляда?

Саша сидел перед Верой в вечной своей позе, подперев голову рукой. Он сидел так и в школе за партой, даже когда писал. Похоже, у него от этой вечной позы левое плечо навсегда выше другого… Странно, но теперь юный Забелин вдруг вспомнился Вере весь. Она хорошо представляла его у доски с учебником алгебры. Даже помнила, как он держал книгу в тонких длинных пальцах, как вырисовывал цифры, как бросал дневник на парту, когда возвращался на место. Она вспомнила его детские ямочки, которые появлялись, когда он улыбался, и даже походку. Саша ходил чуть наклонившись вперед и прижимая к груди левую руку с растопыренными пальцами.