Та, что правит балом

— И что в минувшем показалось ему интересным? — без особого энтузиазма спросила я.

— Не что, а кто. Наш дорогой друг Орешин, упокой господи его грешную душу, и твой Француз. — Ник дурашливо перекрестился, а я насторожилась.

Орешин — бывший начальник охраны Долгих, с которым у того наметились большие разногласия. Отлично понимая, что разногласия могут сказаться на нем самым плачевным образом, Орешин решил подстраховаться и начал собирать компромат на Долгих. Как раз в то время у господина Долгих был весьма непростой период, разошлись их пути-дорожки с бывшим компаньоном и родственником (Долгих был женат на его сестре), компаньон вскоре отправился в тюрьму по обвинению в убийстве: якобы он во время ссоры убил родную сестру. Но Орешин отлично знал, кто настоящий убийца, так как убийство произошло в офисе, в кабинете шефа, где предприимчивый начальник охраны установил видеокамеру, забыв сообщить об этом хозяину. Таким образом, он получил в свое распоряжение видеоматериал, который привел бы Долгих на скамью подсудимых. Сам Орешин сообщил ему об этом, намереваясь шантажировать, или Долгих узнал как-то иначе, одно несомненно: за такой бомбой началась настоящая охота. Вот тогда нелегкая и свела нас с Ником. Орешин прятался в доме моего тогдашнего возлюбленного Пашки Тимофеева по кличке Француз. Орешина убили, а кассета на краткий срок оказалась у нас с Машкой, хотя тогда мы даже не знали, что на ней. Внезапно после долгого отсутствия объявился Павел, и я отдала ему кассету. С тех пор дороги наши разошлись. Я стала тем, кем стала, а что делал он все эти годы, для меня загадка.

Интерес Дена к той давней истории скорее удивил. Допустим, кассета до сих пор у Пашки (честно говоря, я сомневалась, но допустим). Следующее допущение: Ден мог ее у него изъять. Что дальше? Шантажировать Долгих? Идея дохлая, должен понимать, что тот не позволит себя шантажировать. Можно, конечно, сорвать куш и смыться, но на Гадюку это не похоже. Однако, вопреки моему мнению о наличии у него здравого смысла, он не так давно предлагал мне использовать подобную карту в борьбе с Рахмановым. Я отказалась, но Ден, если верить Нику, данную идею не оставил. Вообще-то задираться с Долгих не в его интересах. Конечно, кассета — серьезный козырь, но у самого Дена биография такова, что человек с возможностями Долгих может весьма существенно усложнить ему жизнь. Или попросту лишить его этой самой жизни. Хотя тут уж, как говорится, кто кого. Но на кой черт Гадюке война с Долгих, вот в чем вопрос. Выходило, что Ден в самом деле спятил, потому что разумного объяснения я не находила.

— Что он надеется выгадать? — устав напрягать мозги, спросила я Ника.

— Иногда приятно сознавать, что держишь кого-то за яйца.

— Иногда это очень опасно, — в тон ему заметила я.